– Открой ворота.

– Не нужно, – прошептал Минхи. – Он придет. Я обещаю, майор придет сам!

– Он обещает! – загудело в голове, и белая чешуйчатая морда легла Минхи на голову, а коготь, продрав одежду, пощекотал живот. – А можно ли верить твоим обещаниям?

– Можно! – рявкнул Минхи. – Ты выжил благодаря мне! Я не дал тебе сдохнуть, пока ты был маленьким!

– Правда? – ответил Хаяни, и Минхи почувствовал, как органы сдавливает кольцо чешуйчатого тела. – Может, скажешь, что пограничники Парансана не убивали мою мать? Может, скажешь, ты не восхищался ими в детстве? И вот посмотри, кем ты стал!

Минхи опустил глаза.

– Нельзя воевать и за тех, и за этих, Минхи. Не хочешь открывать? Сам открою.

Змей подполз к воротам, сунул лапу, а затем и башку в щель и потек внутрь. За ним – остальные.

Минхи бросился следом, услышал вопль, затем еще один. Трепетали на ветру синие флаги Парансана. Разрывался запоздавший гонг.

Змеи шли к храму плотным строем. Погранцы выскочили им навстречу, и снег окрасился первой кровью.

– Я видел! – крикнул кто-то в исступлении. – Капитан Сон говорил с ними!

– Капитан!

Голос Акиры. Она остановила его на дороге, встряхнула, забыв про субординацию, за плечи. Обернулась к Киму.

– Фрост, Ким. – Минхи справился с собой. – Прячьте людей. Приказ.

– Есть, капитан Сон.

…Майор Фрост споткнулся о ступеньку храма. Упал, но тут же поднялся снова. Серый ханбок пропитался кровью, и Хаяни распахнул пасть.

– Капитан Сон! Помогите! Помогите, капитан!

Минхи обернулся на крик Акиры, отступил и, зажмурившись, ударил.

Почувствовал, как лезвие пробило кожу и мышцы. Фрост упал ничком, а Минхи не смог сделать вдох – бок сковал спазм. Второй удар, тоже кулаком, прилетел ему в челюсть, третий – в селезенку, и Минхи, пошатнувшись, упал рядом с майором. Увидел, как Акира замахнулась, и на белой башке Хаяни появился черный кровавый крест. Он отмахнулся, черканул ей когтем по подбородку. Кровь текла змею в глаза. Хаяни тряс головой, дергался и выл.

Картинка перед глазами Минхи расплывалась.

«Три месяца, – раздалось в голове. – Я продолжу свой род, Минхи. А потом закончу начатое».

…Суд в Шэне Минхи запомнил плохо. Только ледяной подвал, а снаружи – запах тухлой рыбы. Трое суток пришлось ждать перевозчика, что сопровождал преступников на Юг, – и это время Минхи сидел под землей.

В кармане ханбока – с него так и не сняли военную форму – Минхи нашел записку от Мины.

«Ты говорил, что можно про себя, Минхи. И я подумала о ней».

Он не знал, когда она успела передать послание. Но знал, что оно означает: «Ты говорил, что во время общения со змеей говорить вслух необязательно. И я позвала его и подумала, что у Акиры Фрост тоже подходящая кровь. Хаяни теперь знает».