Как же мерзко на душе Зиновия было от всех этих мёртвых поселков, деревень, городишек! Шагая по тихим улицам, он знал точно только одно: все, кто проклинал мир и желал ему сгореть в аду, — своего добились. Желания имеют свойство сбываться. Люди слишком часто говорят то, чего не следует. А ИИ все записывал. Запоминал. И припомнил при случае, сделав неверные выводы.

Рация пикнула, Зиновий подхватил на автомате. К тому времени они с Салаватом и Ленкой уже стояли у розового вагона. Раздумывали, хватит ли угля или снова надо идти в лес, тонуть по колено в грязи.

Тачки укатили за углем. Демон с парой солдат прикрывали. Остальные люди все были у состава. Не считая раненых, игроков шесть наберётся.

Завхоз подхватил рацию, нажал кнопку:

— Кузьмич, кости размять не желаешь? Зови народ на товарищеский матч. Три на три. Мячик в мужском вагоне.

— А что, неплохая идея, — загорелся машинист, — я даже на воротах постою… Хотя, брешу. Я — нападающий!

Через пятнадцать минут народ носился по лужам за мячиком. Команда «Зенит» против команды «Спартак». Жаль, что из всей экспедиции только Кузьмич и четверо подростков из подземелья знали значения этих слов.

Впрочем, рассказать правила футбола на пальцах не заняло много времени.

Импровизированные ворота с обеих сторон соорудили из пары чурок. Кузьмич стал играющим судьей. Свистел он и без свистка будь здоров. Судил хуже, но кого это волновало? Было решено играть на сгущенку. По банке на игрока! Остальные люди, не допущенные к турниру по причине травм, были зрителями и болельщиками.

Вот и носились по полю сначала шесть человек, а дальше — больше. Ещё двое без конца ловили мячики у ворот. Поскольку на воротах стояли женщины, первый раз слышавшие о футболе, голы сыпались один за другим. На двадцатом мяче Зиновий сбился со счёта. Финальный посвист Кузьмича раздался, когда счёт был тридцать-тридцать. Как он считал, оставалось загадкой, но настроение у всех поднялось.

На время развеялись.

Уговор есть уговор — на ужин пришлось раздавать целую коробку сгущёнки. И Зиновий не слишком удивился, когда через полчаса после ужина обнаружил половину из них у Андрейки на кровати. Склад под подушкой сложно было не заметить. Но решив, что одному ему столько не съесть даже с чаем, тот тайком положил по банке под подушку Лене и Ольхе.

С удивлением завхоз обнаружил одну и у себя.

В путь состав решился тронуться только с утра. Но внезапный поворот событий едва не поставил под угрозу экспедицию. Следующий день принёс новые сюрпризы: Кузьмич грустно сообщил по рации, что дальше рельсовых путей не наблюдается. В недоумении пробежавшись разведгруппой вдоль того, что ранее называлось железнодорожным полотном, экспедиция выяснила, что и всех рельсов в составе не хватит, чтобы закрыть брешь, растянувшуюся на несколько километров.