Но чем ближе подходил к концу запас провизии, тем больше становилось желающих рискнуть выйти на поверхность. И тем реже приводили новых людей. Молодые парни и девушки порой шли на самоубийство, прекрасно понимая, что количество людей в анклаве не уменьшится, а запасы провианта на складах неумолимо сокращаются.

Анклав «Владивосток», изначально задуманный только под землей, за годы раскинулся и на поверхности. И на данный момент занял территорию в два десятка квадратных километров общей площади, включающей в себя железнодорожный вокзал, морской порт, да несколько десятков близлежащих зданий и заводов, достроенных или соединенных между собой. Всё это считались оазисом в современном мире, когда можно передвигаться на большой территории, не выходя на поверхность.

На строительство же на самой поверхности пошло всё от досок и тентов до верёвок и самого откровенного хлама. Всё что угодно, лишь бы защита под землей держала потолок, а над землей сглаживала воздействие агрессивного солнца, которое вместе с изменившимися после Катастрофы облаками, несло людям больше неприятностей, чем тепла и света.

Такая «ограда» немного спасала людей от пронизывающих ветров, снежных бурь и порой даже холодных дождей, когда природа была наиболее благосклонной к человечеству. Эти весенне-летне-осенние периоды были редкими и составляли всего лишь около месяца году, но с каждым годом период оттепели увеличивался, давая надежду, что вскоре Зима закончится.

В анклаве под землей, конечно, всё было иначе. Здесь имелись прочные металлоконструкции и отлитые из бетона укрепления. В последние годы бетонными плитами и кирпичным стенами с ограждением из колючей проволоки был обнесён и периметр анклава. Вышки и наблюдательные посты стояли как внутри периметра, так и за его пределами. И помимо безопасной зоны, ещё порядка десяти километров за пределами стен считались относительно безопасными территориями для рейдеров. Солдаты с вышек прикрывали добытчиков, таскающих из мёртвого города всё мало-мальски пригодное для общих нужд.

Заходить с каждым разом приходилось всё дальше и дальше.

Радиация, однако была уже не настолько сильна, как в первые годы после бомбардировки и мест для жизни прибавилось, но следом за восставшей природой, голодом и роботами пришла новая беда — другие люди!

Враги анклава называли себя «свободными». Выжившие каким-то чудом группки, одиночки, небольшие семьи одичалых людей, которые, по большей степени, превратились в бандитов и мародёров, нещадно терзали добытчиков анклава. Каждый выживал, как мог. Но когда вся эта братия собралась вместе для разбоя и начала тиранить анклав, устроив охоту на рейдеров, жизни анклавовцам совсем не стало. Седых не раз приходилось выкупать своих людей, обменивая жизни на продукты. А продукты медленно и верно подходили к концу. Круг замыкался и рейдерам снова приходилось идти в путь.