Немало помогло время переходного периода, когда прятались по цехам на поверхности — те были довольно обширными. А вот кто совсем не боялся просторов, так это рейдеры, странствовавшие за пределами анклава. С этими людьми проблем не возникало вовсе.

— Задача простая: убедиться в том, что рельсы на развилке ведут нас дальше на Хабаровск, а не на Находку. Попутно стоит убрать любые препятствия для поезда, если таковые будут, — кратко обрисовал Брусов ситуацию ребятам.

Военотряд дослушал инструктаж и рассыпался, занимая позиции вдоль рельсовых путей и прилегающей автомобильной трассы М-60. Последняя также вела в Хабаровск, но бензина у анклава было едва ли не меньше, чем угля. И вряд ли трасса с сахарно-конфетным асфальтом, который чудесным образом «таял» после каждого дождя ещё до Войны, уцелела больше, чем железнодорожные пути.

К самому поселку Угловое, оставшимся немного в стороне от путей, Брусов заслал рейдеров и разведку. Они должны были обойти посёлок по дуге и зайти противнику в спину, если ожидалось сопротивление. Сам адмирал пошёл к пулеметам на крыше. Выглядели они эффектно, но как поведут себя в бою? Обстреливать времени не было. Дали пробный залп по стенам цеха, и всё тут — одобрено. Больше патроны тратить не решились.

— Лена, что видно?

Капитанша привстала с сиденья перед пулеметом и подняла снайперскую винтовку Драгунова с коленок. Приклад уперся в плечо, и снайперша не спеша посмотрела в прицел, готовая метко выпустить пулю в любую цель.

— Забор какой-то километрах в трёх на север. Прямо на рельсовых путях. В рост человека, — ответила она по-военному строго, посуровев.

Брусов невольно засмотрелся на нее снизу-вверх: высокая, подтянутая, лицо сосредоточенное. Дело своё знает. Не зря же получила звание капитана в столь раннем возрасте. Боец-баба.

В анклаве была особая служебная лестница, смешение сухопутных и морских званий в одну линейку. Но в экспедицию решили отправить всех в званиях сухопутных сил. Исключение, пожалуй, составлял только адмирал. Раз «Варяг» можно было считать кораблем, то прав Седых — свой адмирал должен быть по определению.

— Мощный забор?

— Отсюда видно только доски, шеф. Нехилые такие штакетины. Плотно подогнанные, без зазоров. Видимости за ними никакой.

— Понятно. Больше никакой информации?

— Там… какие-то зелёные сполохи по ту сторону.

— Сварка, что ли?

— Я не пойму.

— Сварка — это хорошо. Есть источник питания. Поделятся, может?

Брусов пробежался до последнего вагона, запрыгнул внутрь и так же быстро оказался в фиолетовом вагоне, где хранилось тяжелое оружие.