— Удивительно, — съязвила Кристина, которая не увидела в этом сообщении никаких следов, — убийца, который меняет облики чаще, чем я… кхм… перчатки, заказал грим старика. Помимо которого он навернякаизображал юношу, пьяницу и даму приятной наружности.
— Вы не поняли, — улыбка Гримодана не только не исчезла, но даже не поблекла, — БОЛЬШОЕ количество. То есть, он очень часто изображает старика. Практически ежедневно. А зачем ему изображать старика? Чтобы подобраться к вам ближе. Есть в вашем окружении…
Части головоломки в голове Кристины сложились с вполне ощутимым щелчком:
— Дедушка Лефан.
* * *
Старик, который действительно очень часто крутился под ногами, и мог разузнать многое из того, что потом использовал Спектр. Старик, который был настолько привычный, настолько шумный и бросающийся в глаза, настолько назойливый и настырный, что практически становился невидимкой.
В голове у Кристины мелькали эпизоды, в которых участвовал Лефан. В каждом, в каждом, черт возьми, он был чертовски подозрительным!
Первое его появление — попытка отравления гекса-мекса-ядом для блондинок. Проверить, сработала ли отрава. Тогда еще у нее мелькнула было мысль о том, что отравителем мог быть дедушка, но быстро испарилась, потому что он знал ее с пеленок, помнил ее естественный цвет волос и уж точно не стал травить тем, что на нее не подействовало бы.
Второе — дедушка крутится возле особняка и достает девчонку-шляпницу, которую он, Кристина, послала за шляпкой чтобы ехать в музей. Могла девушка рассказать о том, куда отправляется хозяйка безобидному старикашке? Конечно!
Третье, самое последнее — Спектр оторвался от преследователей… где? В подъезде, в котором живет один скромный дедушка! То есть, он просто скрылся в своей собственной квартире!
— Получается… дедушка Лефан вовсе и не мой дедушка?
— Боюсь, — развел руками Гримодан, — ваш настоящий дедушка уже стек в канализацию. В отличие от всяких рекламирующих шоколад любителей Спектр уж точно знает, как избавляться от ненужного тела.
— Одна небольшая нестыковка, — вмешался Череста, ноздри которого раздувались, как у гончей, почувствовавшей горячий след, — если Лефан действительно Спектр, то… Почему именно Лефан? Гораздо проще вообще не крутиться поблизости. Я бы так и сделал, ограничился покупкой нужных людей…
— Это вы, уважаемый Череста, а это Спектр. Он по натуре одиночка, а воспитание Хитрого Санлара это только усугубляет.
В голове Кристины забилась мысль. Какая-то очень важная и одновременно простая вещь. Настолько простая, что оформилась в слова немедленно: