Он подошёл ближе, не торопясь, будто и сам чувствовал, что сегодня между нами уже нет той прежней условной линии.

— Ты очень красивая, — сказал он негромко.

В его голосе не было восхищённого нажима, и именно поэтому эти слова так мягко коснулись меня.

— Спасибо, — я улыбнулась. — У тебя, я так понимаю, тоже был план выглядеть так, чтобы у меня не было шансов остаться спокойной.

Он усмехнулся.

— Значит, план сработал.

На нём была темная рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей и тёмные джинсы. Ничего сложного. Но то, как всё это сидело на нём, как открывалась линия шеи, как закатанные рукава оголяли сильные предплечья, действовало на меня слишком заметно. Я уже не могла делать вид, что не чувствую этого.

Он отвёз меня не в ресторан.

Когда машина остановилась у здания с широкими окнами и зеленью на балконах, я посмотрела на него с вопросом.

— Это...?

— Моя квартира, — ответил Александр спокойно. Но прежде чем ты что-то подумаешь... — он сделал паузу. — Я заказал ужин. У нас фильм и абсолютно безопасная программа... Ты можешь в любой момент сказать “нет”, “стоп” или “я хочу домой”, и я отвезу тебя без единого вопроса.

Я смотрела на него несколько секунд.

И в груди у меня не появилось страха.

— Хорошо, — сказала я. — Я хочу остаться.

Он кивнул, будто принял не только мой ответ, но и ту степень доверия, которая за ним стояла.

В квартире было очень уютно, где-то на кухне уже ждал ужин — я уловила аромат запечённой рыбы, розмарина, лимона и тёплого хлеба.

— Боже, — выдохнула я, проходя вглубь. — Ты правда всё это устроил.

— Мне хотелось, чтобы тебе было хорошо, — ответил он просто.

Мы ужинали на кухне, у окна. За стеклом медленно гас город, а внутри всё было залито мягким янтарным светом. Александр налил мне белого вина, себе — совсем немного, и мы ели без спешки, разговаривая обо всём, что за неделю не успели сказать в сообщениях. О работе, о том, как Стелла уже спорит с ещё не рождённым ребёнком.

Я смеялась легко. Не потому, что старалась быть лёгкой — это происходило само.

И именно в какой-то момент, когда я подняла бокал и поймала его взгляд поверх стекла, до меня дошло, что сегодня между нами есть нечто другое. Не просто желание или близость. А готовность. Тихая, без надрыва.

После ужина мы переместились в гостиную. Фильм шёл где-то фоном, но я не следила за сюжетом. Сначала мы сидели рядом на диване, потом ближе, потом в какой-то момент моя нога коснулась его ноги, и никто из нас не сделал вид, что это случайность.

Я почувствовала, как Александр нежно провёл ладонью по моей руке — от запястья вверх, почти невесомо, но так, что по телу прошла волна мурашек.