– Простите, я хотела спросить вас сразу, как вы прибыли в Парансан. Но мне было неудобно.

– О чем? – Риви напрягся.

– Вы ведь проходили практику в тюрьме, когда учились?

– Это так, капитан.

– У вас не осталось там знакомых? Может, из числа надзирателей. И вы не знаете, что произошло с заключенным, которого доставили больше трех месяцев назад? Его имя…

– Сон Минхи, – закончил Риви.

– Да, – вздрогнула Фрост. – Его ведь казнили?

– Казнили, – ответил Риви едва слышно.

– Повесили?

– Нет, капитан, – ответил Риви с тяжелым сердцем. – Его зарезали в камере. Город готовился к нападению, и было некогда с ним… разбираться.

– Вот как. – Голос Фрост казался глухим. – Его хотя бы похоронили? Или развеяли прах?

– Я не знаю, капитан, – шепнул Риви. – После нападения я лежал в больнице.

«Скорее всего, его тело скинули в общую яму за городской стеной вместе с мусором и подожгли», – этого он произнести не смог.

– Простите за вопросы, лейтенант Риви. Капитан Сон Минхи… – она подбирала слова, – был мне дорог. Как наставник и как… человек.

– Вы не обязаны объяснять, капитан.

– Сейчас я думаю только об одном, лейтенант Риви. – Фрост перевела тему. – И эти проклятые мысли не дают мне покоя.

– И я, капитан Фрост, – ляпнул Риви, как назло, абсолютно неуместно вспомнив про трусы пограничника.

– Вырезать твари ее гнилое сердце и выдавить яд в бутылку, – произнесла Фрост на выдохе.

– Знаковый момент для каждого командира.

– Вы тоже мечтаете об этом, лейтенант Риви?

– М-м-м-м, нет. Я имел в виду, что буду счастлив вам помочь… В осуществлении мечты.

– Тогда о чем вы мечтаете, лейтенант?

Хитрый прищур. Руки в мелких ссадинах и царапинах, держащие почти пустую кружку. Серые тени у переносицы, волосы, падающие из-за ветра на лоб и щеки, – в полутьме, под бледно-сиреневым светом старой луны, Риви разглядывал Фрост жадно, не отрываясь, жалея только об одном – что не может увидеть ее обоими глазами.

– Или в Реджо верят: если расскажешь – не сбудется?

– У меня две мечты, капитан Фрост, – сказал Риви, чувствуя, что из пещеры потянуло печеной картошкой. – И обе несбыточные. Так что рассказывай – не рассказывай, все равно.

– Так о чем, лейтенант Риви?

– Выпить, капитан Фрост.

Фрост помолчала. Не произнесла ничего, что любому пришло бы на ум – вроде того, что это мелко для мечты.

– Где выпить, лейтенант Риви?

– На свадьбе сестры, – прохрипел Риви. – Я рассказывал…

– Его звали Бьянки, ведь так? – прошептала Фрост, и Риви ощутил внутри теплый шар размером с картофелину.

Она помнит. Помнит, что он говорил. Тут же Риви с сожалением отметил, что капитаны с плохой памятью ему никогда не встречались.