– Налейте-ка, лейтенант, – сказал Риви, держа в каждой руке по кружке.

Ким недовольно поднялся, взял кастрюльку и наполнил кружки до краев.

– Отнесу капитану.

– Отнесите уж. – Ким глянул исподлобья.

– А вам как южный кофе, лейтенант Ким?

– Горько, лейтенант Риви, – ответил Ким, и Риви уловил в его голосе незнакомую ноту.

Что это такое – обида? Или, может, злость?

– Что-то не так, лейтенант Ким?

Ким вытянулся, кашлянул, но промолчал. На его бледном, будто вырезанном из камня лице плясали длинные тени.

– Девушке с портрета наверняка не понравилось бы ваше поведение, лейтенант Риви, – произнес он еле слышно.

– Кому?

– Рыжей девушке. Она прислала вам портрет и платок. Вы носите этот портрет во внутреннем кармане, но при этом делаете капитану дурацкое горькое пойло.

«Ого, – подумал Риви, сам не понимая, то ли он оскорблен, то ли восхищен. – Ну Ким дает. Неужто пророки надоумили?» Подумал – и испугался. И Ким, и Ван – если все они без усилий заметили очевидное, то замечает ли сама капитан Фрост?

– А что, лейтенант Ким? – Риви прищурил правый, здоровый глаз. – Что я такого делаю? Приготовить кофе – так мы на Юге проявляем уважение.

– Ваши долгие взгляды – тоже уважение, лейтенант Риви?

Чтоб его. Кружки в руках у Риви затряслись, пара капель выплеснулась на земляной пол. Но Риви справился с собой и спрятал раздражение за расслабленной улыбкой.

– Уж не знаю, о каких взглядах вы говорите, лейтенант Ким, – сказал он, намеренно растягивая слова. – Но девушка на портрете – моя сестра Вероника.

– Что-то не похожи, – огрызнулся Ким и шлепнул пустую кастрюлю на пол.

– Отец Вероники был фермером и разводил коров. А о моем происхождении господин Ван сделал весьма точное предположение. Поэтому – да, не очень-то похожи, лейтенант Ким.

Ким заерзал, поднял на Риви глаза.

– Сестра, значит? – переспросил он недоверчиво.

– Младшая. Хотите рассмотреть портрет получше, лейтенант Ким?

Ким удивленно кивнул.

– Тогда возьмите у меня в кармане. Сам не могу, руки заняты.

Ким поднялся, подошел к Риви и, смущенно глядя в землю, просунул руку ему за ворот распашного жакета. Потрогал сначала бутылек граппы, приехавший из Реджо, затем вытащил порядком измятый портрет.

– Немного все-таки похожи, лейтенант Риви, – сказал Ким, держа портрет Вероники на ладони. – У вас тоже эти точки на лице.

– Веснушки.

– Да.

– Ну полюбуйтесь, лейтенант Ким, а у меня кофе стынет. Только не заляпайте слюнями, как кружку капитана Фрост. Или не слюнями. – Риви сморщился. – Аккуратнее, в общем.

– Хорошо, лейтенант.

Риви вышел наружу, где, глядя на звезды, стояла Фрост. Кашлянул, неловко протянул кружку левой рукой.