– Тридцать ударов, – сказал Риви. Воспоминания помогли избавиться от навязчивых мыслей о голой спине. – По десять на каждого. Вы знали? – Он перевел взгляд на недвижимого Кима. – Знали и ничего не сделали.

– А что надо было сделать, по-вашему, Риви? – Фрост поднялась, накинула халат и туго затянула пояс.

– Получить нам с Кимом по пятнадцать ударов и засунуть этот кнут кому-нибудь в задницу. Можно даже госпоже Кун.

– По пятнадцать вам с Кимом? – Фрост стояла, уставившись в стену, будто даже короткий взгляд на Риви был жутко ей неприятен.

– Кун сделала это сама? Главу города охраняют пограничники, но ни один не ударил бы своего капитана… – Риви осекся. – И ни один горожанин тоже.

– Это сделал не местный. Ему просто заплатили.

– Бить женщину кнутом – даже не знаю, что может быть ниже.

– То есть засунуть кнут кому-то в задницу, по-вашему, верх благородства?

– Слухи о южанах суровы, но поверьте, на такое я не способен. Капитан… – Риви выдохнул. – Те, кого били в тюрьме, орали на весь Реджо. Но сегодня в городе я не слышал ни звука.

– Лейтенант Риви. – Фрост обернулась, и Риви почувствовал, как по спине течет холодный пот. – Ответьте на вопрос: если бы были капитаном, что бы вы сделали?

– Ну, – Риви запнулся.

– Давайте, лейтенант Риви, не стесняйтесь. У вас есть возможность высказать свое мнение.

– Принял бы наказание сам, потому что я отдал приказ, а мои люди ни в чем не виноваты, – произнес Риви тихо.

– Вот и ответ, лейтенант.

Фрост накинула поверх халата жакет белого военного ханбока, лежавший на сундуке, и вышла на улицу не прощаясь. Внутрь залетел ледяной воздух, дверь хлопнула, едва не сорвавшись с петель.

– Холодно же, – прошептал Риви.

– Зря вы это, лейтенант, – сказал Ким, помолчав. – Она ведь капитан. Поэтому и берет на себя…

– Сегодня госпожа Кун мне кое-что сказала про капитана Фрост, – кашлянул Риви и опустился на теплый пол. – И мне показалось, в храме вы имели в виду то же самое.

Ким молчал, рассматривая порозовевшую от крови воду в миске.

– Я расскажу, только чтобы вы не слушали бредни госпожи Кун.

– Расскажите.

– Вы знаете, почему на Севере в погранслужбе почти нет женщин, лейтенант Риви?

– Никогда не задумывался. – Риви пожал плечами. – В Реджо женщины служат наравне с мужчинами.

– Во всех северных городах и деревнях принят закон: женщина может служить, только если она бесплодна. Потому что если нет – то должна исполнять другой долг. Делать так, чтобы мы тут не вымерли.

– Ловко вы решили, кому какой долг исполнять. – Риви задумчиво почесал затылок.

– У нас в Горной военной школе было девчонок двадцать. Но только капитан Фрост получила назначение в погранслужбу. Госпожа Кун считает, что капитана нужно пожалеть. А я считаю, все произошло по воле пророков, лейтенант Риви.