– Понятия не имею, – пожал плечами Риви. – Может, кто-то из его людей сделал это за бесценок.

– Ван никогда не покажет бутылку. – Фрост вздохнула и приложила к губам указательный палец.

– Порезались, капитан?

– Ерунда.

– Там штырь на лестнице. Сам едва не задел. Подождите. – И Риви вытащил из внутреннего кармана платок с вышитым земным шариком. – Возьмите.

Фрост замерла.

– Не стоит, лейтенант, – произнесла она тихо. – Вышивка искусная, я испачкаю.

– Это ж платок, капитан. Он для этого и создан. Чтобы пачкали. Я так-то в него сморкаться планировал.

«Всего лишь платок, который можно взять за угол, если прикасаться к моей руке неприятно даже после литра шэньского пойла».

– Боюсь, девушка, которая над ним трудилась, хотела, чтобы в него сморкались именно вы, лейтенант Риви.

– О нет. – Риви рассмотрел зелено-голубой земной шар, вышитый гладью. – Сестра бы волновалась, узнай, что я сморкаюсь. Боится, что на Севере холодно. И я простыну.

– Сестра? – переспросила Фрост. – У вас есть сестра, лейтенант Риви? Вы не рассказывали.

– Так вы и не спрашивали, – ответил Риви обиженно.

Но удивление проступило даже сквозь густой пьяный морок: «Капитан Фрост что, думала, платок прислала другая женщина? И поэтому не хотела его брать?»

– Простите, – кивнула Фрост, аккуратно принимая платок из рук Риви и зажимая глубокую царапину. – Не спрашивала. И как ее имя?

– Вероника, – ответил Риви, снова удивившись. – Младше на семь лет. Она не разговаривает.

– Совсем?

– Да. Но слышит и все понимает. Мне иногда страшно, что она потеряет слух. А языком жестов я… – Риви бросил взгляд на ладони и замолчал.

– Не говорит, но слышит. – Фрост задумалась. – Вы знаете почему? Извините, если это личное.

– Не знаю, капитан. Когда это случилось, меня уже давно сдали в интернат при военной школе, а они с матерью уехали из Рима. Когда мамы не стало, Вероника вернулась и меня нашла.

– А почему вас сдали, лейтенант Риви?

– Аспидова лихорадка. Мы не могли достать яд. Жили бедно, налоги не платили, вот и яд был не положен. Один раз я заболел, мама еле наскребла денег на каплю. Сестра только родилась, мама боялась, что тоже заболеет. Так что меня отправили к погранцам.

– Считается, что у пограничников иммунитет из-за частого контакта со змеями. Я сама ни разу не болела. А вы, лейтенант Риви?

– Один раз, не считая того, в детстве. – Риви хмыкнул.

– Мужчины часто болеют тяжелее женщин. Сгорают за пару дней. – В голосе Фрост слышалось беспокойство.

– Я сразу принял яд. Все обошлось.

Фрост прижимала белый платок с сине-зеленым шариком к пораненному пальцу. Риви молчал, слушая, как бьются о скалы беспокойные волны.