Я пристально смотрел ему в глаза, наливающиеся гневом. Видел, как бьется жилка у виска убыха. Как расширяются зрачки. Не уверен, что он вообще заметил, как напряглась моя рука, готовая нанести ему удар.

— А ну, выдохнули все! — вмешался Курчок-Али. Его возглас на убыхском не оставлял сомнений, что здесь все свои. — Русские — на закорках! А вы писюнами решили помериться!

«Артиллерист» выдохнул. Сложный психологический этюд можно завершить без потери чести. Он отвел назад саблю. Не признавая поражение, а соглашаясь, что сейчас не время убивать друг друга.

— Что предлагаешь? — спросил он Курчок-Али, старательно меня игнорируя.

Ага, нашел себе мальчика!

— Я сказал, — жестко отчеканил я, — что пушку нужно снять с лафета. Четверо ее легко поднимут на плечи и затащат на верх холма. Станок поволокут лошади и люди. И мы спасем и орудие, и людей! Как его снять?

— Самый умный, да? — никак не мог уняться «артиллерист» — Вот сам ее и тащи!

«Ой-йой-йой! Напугал ежа голым задом! Я этого и хотел!»

«Артиллерист» скомандовал задрать вверх станину. Откинул крепление цапф.

— Хватайтесь!

Мы с трудом отцепили уже остывший после выстрела ствол единорога от лафета. Крякнули, принимая груз на плечи.

— Вперед! — скомандовал я четверке «силачей», состоящей из меня, Цекери, Курчок-Али и черкеса, похожего на пень старого дуба — такого же кряжистого и мощного. «Артиллерист» переключился на эвакуацию станка.

Мы с трудом затащили орудийный ствол на вершину холма.

— Отдыхаем! — приказал я.

Аккуратно опустили темно-коричневую «дуру». Утерли пот со лбов. Моя рука уже лежала на запальном отверстие. «Ерш», зажатый между пальцев, воткнут в нужную дырочку. По моему кивку Курчок-Али закричал, указывая вниз:

— Урус кэзэк!

«Помогай» не из нашей команды завертел головой.

Цекери выстрелил из пистолета. «Кряжистый пень» и толпа наших сопровождающих уставились туда, где на гребне холма блеснули русские штыки. Скрытый в пороховом дыму, я заколотил молотком по затычке-гвоздю. Внешне мой молоток был похож на те деревянные, которыми пользовались горцы, чтобы подбивать шомпол для зарядки ружей. Но только внешне. На самом деле этим молоточком, при желании, можно было пробить черепушку. Подготовили в крепости нужную «приблуду» вместе с гарнизонным артиллерийским офицером.

Единорог был заклепан. Если в ближайшие сутки «ерша» не извлекут, металл окислится и сцепится намертво с телом орудия. Только сверлить. Уверен, что такой простой и известный каждому хозяину дома способ из будущего черкесам недоступен.

«Ну что, князь Берзег, потанцуем?»