— Кто вы? Я вас знаю? Кажется, ваше лицо мне знакомо…
Я промолчал и оставил его одного. Не хотел встревожить своих людей. И так уже хватало косых взглядов и перешептываний за спиной. Наш поход на север проходил совсем не так бравурно, как на юг. Потери и мои странные, с точки зрения горцев, действия и разговоры разбудили их подозрительность. Единство отряда оказалось под угрозой. Даже Цекери и Курчок-Али выглядели встревоженными.
— Что дальше, Зелим-бей? — пристали они ко мне с расспросами.
— Дальше? Мне нужно обменять русского. И догнать мерзавца Белла!
— Давай разделимся, — предложил Цекери. — Мы с большей частью отряда погонимся за англичанином. У меня к нему свой счет. А ты закончишь с русским и нас догонишь.
— А что думает прекрасная Коченисса?
— Она хотела бы, чтобы мы задержались в ее ауле. Тем более, нам по дороге. Но прежде — инглез!
— Поддерживаю! — отозвался Курчок-Али. — Вообще, в нашей ситуации лучше всего удалиться на время подальше от земли моих соплеменников. Мы знатно перца сыпанули за шиворот убыхам. Пусть успокоятся.
— Не думаю, что все так просто закончится.
— Как бы то ни было, у нас есть незакрытое дело, — серьезно заметил Курчок-Али.
— Это какое же? Никак не поделите Кочениссу? — подколол я молодёжь.
Они смутились. Заерзали в седлах.
— У нас есть идея, как помочь ей выбрать между нами!
[1] Ясырька — женский басурманский полон казаков.
[2] Немного пояснений из словаря диалекта гребенских казаков. Ябедница — злодейка. Каровод — хоровод. Банить — мыть избу; у гребенцов к чистоте дома относились серьезно, как и к воздуху. Курить в избе строго воспрещалось. Испозорить — испачкать. Алошный — озорной. Родительский чихирь — вино домашнего производства. «Моя тело белая» — не исковерканная речь, а диалектизм, в котором средний род заменялся на женский в устах женщины. Побочин — любовник.
Глава 19
Вася. Крепость Грозная, сентябрь 1838 года.
В 1834 году военное министерство затеяло большую реформу в Кавказском Отдельном корпусе. Полки из трех-батальонных превратили в четырех и пяти-батальонные. Все войска перетасовали, сломав важнейшее, что было в воюющей с горцами армии — боевую слаженность и полковое братство. Куринцев слепили из разных частей, выселив их из родной штаб-квартиры в Темир-Хан-Шуре и отдав ее апшеронцам[1]. Назначенному командиром полка полковнику Александру Павловичу Пулло предстояло начать заново и превратить куринцев в грозную силу. С этой задачей он справился блестяще. В 1840-е и далее куринец станет легендой Кавказской войны. Но в 1830-е все только начиналось.