— У русских! Забери одного. Ему все скажи, чтобы он передал своим. Отведешь к разбитой лодке на берегу и там оставишь. Мы часто так делаем. Но сейчас боимся. Русские злые! Корабли новые пришли. Сразу палить из пушек начнут. Русского в мундире не тронут. Как он договорится, пускай знак подадут. Тогда и сходишь в крепость. Все с русскими генералами обсудишь, а заодно разведаешь, что тебе нужно. Ты не местный, тебя не тронут.

— Толково!

Старейшина довольно усмехнулся себе в бороду.

— Только уговор! Коли от русских денег не будет и один матрос пропадет задаром, отдадите мне одну из своих винтовок.

— Ага! Уже бегу и падаю!

Начался торг. Сошлись на залоге в виде старинной сабли Кочениссы. Девушка безропотно ее отдала.

— Выбирай самого больного, вон того! — старейшина указал на изможденного матроса.

Моряки с тендера «Луч» выглядели краше в гроб кладут. Бледные, измученные, голодные и испуганные. Их загнали в подобие сруба с узким лазом у самой земли. Охраняли строго. Еды давали в обрез. Лишь лекарь, захваченный вместе с ними, мог покидать деревянную тюрьму. От сруба за версту несло нечистотами. По моей просьбе матросам разрешили вылезти наружу.

— Зачем мне больной⁈ — вызверился я. — А вдруг не дойдет? Хочешь саблю прикарманить?

Старейшина растерялся.

— Выбирай любого!

— Эй, ребята! Кто вдоль берега сможет с версту пройти? — обратился я по-русски.

Моряки молчали. Наряженные в какие-то лохмотья, они совсем не были похожи на бравых матросов.

— К своим хотите?

— Как не хотеть, господин черкес? — отозвался самый смелый. — Пропадаем тут.

Тамада стал меня дергать.

— Зачем с ними не по-нашему говоришь?

— А как я им все объясню⁈ — я вконец рассвирепел.

Старейшина посмотрел на меня с уважением. Удачного переговорщика Аллах послал. Глядишь, все и сложится. Он довольно потер руки.

Я посадил самого крепкого из моряков на запасного коня и повез его к побережью. Матроса нарядил в чужой рваный морской китель, с боем выцыганенный у аульцев. Он держался в седле плохо, а со мной — настороженно. Мне было не до его страхов. Избавившись от опеки горцев и оставшись наедине в полукилометре от нужного места, начал инструктаж:

— Я не черкес. Поручик Варваци, посланный адмиралом Лазаревым вам на выручку. Кто твой командир?

— Лейтенант Панфилов. Александр Иванович, — с заметным облегчением ответил матрос.

— Слушай и не перебивай. Доберёшься до лагеря и доложишься капитану: так и так, у горцев остались мои товарищи. В аул прибыл лазутчик от Лазарева. Нужно организовать ему встречу с Раевским в лагере. Подадите мне знак. Завтра после утренней «зори» и молитвы холостой выстрел из пушки с батареи у затопленного брига. И пусть выставят крепостной флаг на высоком шесте. Я прибуду на переговоры. Не дай бог, какая сволочь решит меня пулей встретить!