— Сыграем партийку? — спросил у цесаревича, когда мы оказались у бильярдного стола. — Строгая «пирамидка», готов?

Сын не возражал. Мы разобрали кии, а Владимир уселся у заженного по моему приказу камина с бокалом коньяка. Закурил сигару.

Саша разбил.

Я с задумчивым видом обошел стол.

— Двенадцатого в правый угол.

Удар вышел не ахти, но «свояка» оттянул на короткий борт.

Цесаревич не спешил бить. Делая вид, что изучает позицию шаров, поинтересовался словно невзначай:

— Что тебя, папа, сподвигло на посещение похорон?

— Победоносцев доложил?

Он не ответил. Вместо этого назначил удар. Промазал, да к тому же выкатил «биток» на хорошую позицию.

— Не забиваешь ты, забивают тебе, — усмехнулся я и положил в угол «пятерку».

— С почином, — поздравил меня сын, вынимая шар из лузы.

Я смог забить еще два шара, набрав в общей сложности 17 очков. Сделал хороший отыгрыш, отправив «свояка» к противоположному от основной группы шаров борту.

Саша досадливо крякнул. Позиция для него сложилась отвратительная. Он замер, повернулся ко мне.

— Почему ты не взял меня с собой? Ты же знаешь, как я любил Достоевского. В декабре я даже принял его в Аничковом дворце. Он подарил мне «Братьев Карамазовых».

— Не решился, — прямо ответил я. — У России лишь один наследник.

Владимир возмущенно фыркнул.

Я повернулся к нему. С неудовольствием отметил его полноту.

— Ты бы, Кукса, вместо того, чтобы предаваться чревоугодию, занялся бы чем-то полезным. Разве не видишь, как сжимается кольцо террористов вокруг нашей семьи? Как слаба моя охрана?

— И что ты предлагаешь?

— Позже скажу. Ты будешь, Саша, наконец, бить?

Сын нанес удар — очень неловкий. Я тут же воспользовался открывшейся возможность и удвоил количество своих очков.

— Ты меня бьешь, как шведов под Полтавой, — расстроился Саша.

В итоге, он довольно быстро проиграл.

— В качестве утешения, сын, есть предложение. Давай с тобой вдвоем отправимся на ближайшей неделе на охоту. Только ты и я. Отец с сыном. Что скажешь?

Саша аккуратно поставил кий в элегантный станок для киев.

— На медведя? В Лисино?

Предложение нельзя было назвать неожиданным. Зимняя императорская охота на Топтыгина пользовалась почетом при дворе как гвоздь программы зимнего сезона.

Настоящий Александр был прирожденным охотником. И часто посещал Лисинскую казенную дачу в 70 верстах от Петербурга, чтобы поохотиться на самого опасного зверя русских лесов. Для него с юности косолапый был дичью № 1.

Но я-то сам никогда в ней не участвовал. И полагал, что это весьма опасное мероприятие. А что делать? Взялся за гуж, не говори, что не дюж.