Новички-охранники, прапорщик и два поручика из гвардейских полков, немного растерялись, не зная, куда приткнуться. В итоге засели в другом конце салон-вагона перекинуться в картишки.

— Чем еще недовольна родня? — весело спросил я сына, снимая башлык, круглую шапочку с зеленым верхом и короткую, до колен, шинель с генеральскими погонами.

Александр замялся. Так и не решился поднять тему насчет Кати.

Придется ему помочь. Приводным ремнем семейного конфликта выступали великие княгини, с ними я сладить не смогу. С тем же успехом можно было в советское время убеждать не злословить околоподъезных бабулек, этих непробиваемых хранительниц нравственности. Но Саша — мужик, ему хватит честного разговора.

— Садись, поговорим, — я кивнул на отдельный столик для карточной игры. — только подожди, пока я переоденусь.

Окликнул Герздорфа:

— Барон, не пора ли отправляться?

— Сейчас распоряжусь.

Я позвал с собой Коха, и мы прошли с ним в Красный салон через межвагонную гармонику, обитую изнутри синим шелком. Малиновые тона салона навевали мысли о борделе, и задерживаться здесь не хотелось.

Штабс-капитан помог мне избавиться от двойной кольчуги.

«А жизнь-то налаживается», — припомнил я старый анекдот и рассмеялся.

Расправил плечи, хрустнул лопатками и, словно сбросив 10 лет, а не полпуда железа, легким, танцующим шагом вернулся к сыну в салон-вагон.

Когда на часах пробило 21.30 наш небольшой поезд тронулся.

За окнами мела февральская метель, а в вагоне было тепло и уютно. В хрустальных бра горели свечи, бросая причудливые тени на обтянутый белым атласом потолок.

— О чем же ты хотел поговорить? — прервал молчание сын.

— О многом…

Я взял многозначительную паузу, внимательно наблюдая за цесаревичем. Думал, что ему сказать, какую информацию открыть. Если предположить — бррр! — что террористам удастся меня укокошить, это один вариант. Если нет — то другой.

Из Александра Александровича получился хороший царь. Его любили поливать грязью, особенно в советское время, совершенно упуская из виду, в каком состоянии ему досталась страна и в каком он ее передал Николаю. Не скажу, что в идеальном, но все ж таки в 94-м Россия уверенно смотрела в будущее. Народовольцев разгромили. Положение империи на мировой арене было крепко, как никогда. Она не только справилась с тяжелым экономическим кризисом начала 80-х, но мощно двигалась вперед.

Кто знает, как бы все сложилось, не заболей Александр III нефритом? Правы ли те, кто утверждал, будто Александр вырастил колосса на глиняных ногах? Хватило бы ему ума вовремя оценить все опасности? Приструнить Витте? Грамотно разобраться с дальневосточными проблемами? Не допустить острых социальных конфликтов? Все это очень непростые вопросы, ответа на которые получить нельзя.