— Да что твой князь, что твой кавказский корпус! — горячился тот, кто помладше. — У нас вона каки герои выросли. Сам генерал Скобелев!

— Скобелев — это да, всем генералам генерал, — согласился «кавказец».

— По сердцу вам Михаил Дмитриевич? — хитро прищурившись, спросил я.

— А то как же⁈ Он же наш, народный, из мужиков.

Я рассмеялся. Уж больно неправдоподобно звучала версия о простонародном происхождении Скобелева. Особенно если вспомнить, кто его дядя через жену. Ни кто иной, как граф Адлерберг — постаревший «анфан террибль» и жуткий мот.

— Барон! Выдайте героям по пять рублей!

— Так всегда по три давали…

— Не спорь.

Пока беседовал с геройскими стариками, остальные участники охоты — Герздорф и трое из телохранителей — разыгрывали между собой номера, на которых им предстояло стоять. Я в лотерее не участвовал, царский номер всегда первый, на самом краю линии стрелков.

— Начинаем? — Иванов подал уже заряженную двустволку.

Он отвел меня на позицию. Сам встал по правую руку, за левым плечом попытался пристроиться рогатчик Никитин. Но его отодвинул цесаревич Александр с более массивной рогатиной в руках.

— Не возражаешь, если за тобой встану? — спросил меня сын. — Все равно зверя на тебя выгонят.

Я покорно кивнул, чувствуя, как закипает кровь. Все же первая моя медвежья охота — немного страшно и азарта хоть отбавляй.

Саша потоптался на месте, поудобнее перехватил рогатину, представлявшую собой нечто вроде копья. Стальной листовидный наконечник с гранями по средней линии переходил в коническую втулку, а ниже, к шейке пера крепилась железная поперечина. Плюс толстое древко, с намотанным на нее серебряным галуном и кожаными полосками. На самом его конце металлическая насадка для упора.

Нужно обладать недюжей выдержкой и отвагой, чтобы с таким оружием выходить против зверя. Одно дело — выставить рогатину у лаза берлоги, чтобы мишка сам на нее сослепу налетел. И совсем другое — встать за первым номером и его страховать.

К слову, наследник с его ростом, физическими кондициями и рогатиной смотрелся очень органично — вылитый Илья Муромец.

— Погнали, Ваня! — приказал егерю.

По его сигналу в лесу начали бедокурить кричане — вопить, стучать по деревьям.

Сначала ничего не происходило.

Минуты тянулись мучительно долго. Я, прижимая к плечу двустволку, всматривался в площадку, очищенную от кустов, чтобы не мешали обзору. За плечом пыхтел Саша. Невозмутимый Иванов держал голыми руками карабин со взведенными курками. Как у него пальцы не отморозило? Мои-то даже в перчатках будто онемели.

Напрасно я скосил глаза на руки унтер-егеря. Медведь появился внезапно.