— Великие князья обязаны служить! Так завещал дед Николай!

— Служить, а не штаны просиживать! — взорвался я. — Ты, Лешка, если в Париже полгода не проведешь, считаешь, что жизнь пошла под откос. Какой из тебя главный моряк⁈ Если случится война и флот потерпит поражение, кого назначат виновным? Тебя! Скажут: променял броненосцы на бриллианты для балеринок или кого ты сейчас валяешь. Зинок Скобелеву-Богарнэ? А ее муженек, герцог, свечку держит? Молчишь? Нечего сказать?

Убедившись, что Алексей стыдливо потупил глаза, буркнув «если на то твоя воля», я развернулся к Владимиру:

— А ты, Кукса? Ну какой из тебя командир гвардии и генерал-губернатор Петербурга? На маневрах сплошная показуха, а про порядок в столице вообще молчу.

Владимир упрямо замотал головой. Покидать столь почетное, хлебное и авторитетное место, как столица Империи, он явно не хотел. Мне же кровь из носа требовалось его скинуть.

Через десять лет именно он отдаст приказ применить оружие против рабочих во время Кровавого воскресенья. Очередной камень, изъятый из фундамента самодержавия. Кто конкретно приказал стрелять НА ПОРАЖЕНИЕ, так и осталось неизвестным. Но факт остается фактом — расстрел состоялся, причем вопреки законам. Нет в Империи таких законов, чтоб применять боевое оружие против мирной демонстрации. Вот и получат революцию, с которой началось скольжение в пропасть. Многое к этому привело, но и личностный фактор не стоит сбрасывать со счетов.

— Пять лет, Владимир, обещай мне, — настаивал я. — Взамен дам вот это.

Указал Алексею на папку с тисненым золотым двуглавым орлом.

— Открой и прочти вслух.

Алексей открыл, быстро пробежал текст глазами, и на них навернулись слезы. Я понимал, почему. Его несчастный роман молодости с Сашенькой Жуковской, тайное венчание в Италии, рождение сына, вмешательство императора, безжалостно разлучившего влюбленных и отправившего великокняжеского повесу стрелять бизонов в САСШ. В итоге холостая жизнь навеки. И сейчас он читал проект указа, которым я отменял не только дополнения к акту престолонаследия, исключающие детей от неравнородных браков из списка потенциальных наследников трона, но и собственный указ от 23 марта 1889 года, объявлявший такие браки незаконными.

Мое новое творение, вылизанное Фредериксом, открывало двери не только Николаю на поиск возлюбленной. Оно фактически санкционировало морганатические браки. И убирало внутри Императорской фамилии постоянные семейные раздоры, на которые будет так богато начало XX века.

Алексей прочел документ вслух дрожащим голосом. Братья издали удивленные возгласы. На их глазах рушился целый мир.