Еще одного все же родит. На смену Витте придет Столыпин, и эти два колосса оставят после себя не доведенный до конца спор. Кто из них прав, не смогут ответить и потомки. И не только из-за политики. Но и по причине, что обоих реформаторов остановили в разбеге, а сама идея мирно обновленной России бесследно сгорит в пожаре революции.

Лично мне больше импонировал Столыпин. Хотя бы потому, что Петру Аркадьевичу досталось разгребать навороченное Сергеем Юльевичем.

Витте хотел модернизации России любой ценой. Действовал он последовательно, но без оглядки на последствия. И подготовил, сам того не желая, социальный взрыв невиданной силы. Если бы народ богател, зачем ему лезть на баррикады? Нет, народ хватается за вилы и ружья, когда у него нет выбора. Когда ему нечем кормить детей. И остановить его в минуту роковую может только мощный карательный аппарат. Сергей Юльевич, как минимум, не учел, что превращение России из аграрной в индустриальную страну можно проводить лишь имея очень крепкую власть и поддержку общества. А если институты власти трещат и шатаются, как домики поросят из известной сказки, то куда же ты лезешь, дядя⁈

Петр Аркадьевич Столыпин этот момент понимал куда лучше Витте. И куда лучше либералов-болтунов. «Им нужны великие потрясения — нам нужна Великая Россия!» — четко и ясно. Глыбища! Жаль, не смог добиться, чего желал. Чертовски жаль. Поздно появился.

Но нету у меня Столыпина для Ники, еще не вырос в серьезную фигуру, опыта не набрался. Так что остается действовать чем Бог послал. То есть Сергеем Юльевичем.

Я раскрыл портфель и углубился в бумаги. Кое-что меня порадовало: Витте был нацелен на достижение бездефицитности бюджета. Но кое-что откровенно выбесило. Как и полагал, он настаивал на своей идее введения золотого обращения.

К черту его финансовую реформу. Смертельно опасный путь! Подарить иностранцам возможность снять все сливки от бешеных темпов экономического роста России — вот к чему приведет введение золотого обращения. Иной раз ко мне в голову закрадывалась мысль, что Витте в этой истории выступил как агент мировой финансовой закулисы.

Ладно, отставить пессимизм! Еще есть возможность удержать страну от скольжения в пропасть. Лишь бы меня услышали.

Я сложил бумаги обратно в портфель и, захватив его с собой, поспешил в кабинет Марии Федоровны.

Там меня уже ждал Николай. Сидел напротив матери с покрасневшим лицом. Уверен, в очередной раз пытался надавить насчет своей женитьбы на Аликс. И в очередной раз получил отказ. После моего запрета и кое-каких намеков Минни тоже заняла в этом вопросе жесткую бескомпромиссную позицию.