Я успокаивающе похлопал жену по руке и двинулся в сторону группы моряков, стоявших рядом с Сандро. Один матрос, демонстрируя безукоризненную выправку, держал в руках поднос с мельхиоровой миской, графинчиком с водокой, чаркой, хлебом, солонкой и перечницей. Через его локоть была перекинута белая салфетка. От судка поднимался ароматный парок.

— Чем сегодня балуете экипаж? — с улыбкой спросил я, приблизившись вплотную.

— Щи на свежей капусте, государь, — пояснил Садро.

Взгляды моряков скрестились на мне. Двадцать девять членов экипажа ждали государевого решения на жилой палубе.

Я развел руками.

— Рад бы отведать моряцких щей, но, простите, нельзя. Жирное под запретом, а вы, смотрю, сала не пожалели. Давай, зять, выручай.

Сандро беспрекословно подчинился. Принял от матроса ложку, проверил качество щей. Выпил рюмку, закусив ее кусочком черного хлеба с солью.

— Одобряю! — кивнул он матросу, отпуская того с подносом.

Сразу же раздался боцманский свисток, команда «к вину!»

— Государь, позвольте на два слова, — попросил великий князь.

Мы встали у входа в рубку.

— «Тамара» отличный ходок, — польстил я великому князю.

— Да, штормовую волну она держит прекрасно. Двадцать три тысячи миль нашего похода в Индийский океан — от Ревеля до малазийских островов — пройдены без сучка и задоринки. Скалы Гогланда, мертвая зыбь Бискайского залива, тропические штормы — мы все преодолели.

— Наверное, очень яркое путешествие.

— Это было незабываемо, — расцвело в улыбке красивое лицо Сандро. — Индуистские храмы, раджи в тюрбанах и жемчуге, аборигены в одних набедренных повязках, баядерки с их огненным танцем. Походы в бамбуковые джунгли на слонах — кто не видел тропического хаоса, тот не поймет как сминаются деревья и колючий кустарник под ногами великанов. Охота на диких животных, огромные королевские тигры, леопарды, крокодилы…

— Почему у орудия нету противопульного щитка? — прервал я поток его воспоминаний, указав на странную пушку на колесах.

— Это же десантное орудие Барановского. Предназначено для установки на баркас. Само орудие крепится на носу, а колеса хранятся на корме.

— И что с того? Орудийный расчет состоит из бессмертных? Если орудие десантное, то предполагается его выгрузка на берег, где существуют риски попасть в засаду и оказаться под ружейно-пулеметным обстрелом.

Сандро удивился:

— Так и для пулевой артиллерии такой щит не предусмотрен…

— Вот тебе еще одна идея для работы Общества. Тем более твой отец, великий князь Михаил Николаевич, никто иной, как генерал-фельдцейхмейстер.

— Сказать по правде, государь, — понизив голос, ответил Сандро, — мой папа талантливейший человек, но очень старой закалки. «Как его величество поручит, так и буду исполнять» — это его кредо.