Белые «псы» лишь отвлекали внимание. Но как оказалось, самая опасная угроза уже надвигалась на группу новой волной. Оставшиеся без внимания чёрные «дети» перегруппировались и пошли на людей плотными рядами, словно старались придавить своей массой, вжать в стены.

Пришлось отступать шаг за шагом.

Положение осложнялось тем, что группу и так придавливало к стенке с обоих сторон. Натиск с поверхности только усиливался. Белые твари падали людям на голову, сыпались с лестницы, бегали по стенам, лазили по потолкам, цепляясь острыми когтями за советский бетон. А чёрные давили плотным строем, пытаясь сделать из людей желе.

Группа сгрудились возле двери, и Брусов уже с большим пониманием посмотрел на зажегшийся фитиль в руках минера.

— Да, я ошибся. Снова. Но зачем ты решил похоронить всю группу? — обратился он к Сергееву.

— Не тупи, Брусов! Бомбоубежища никогда не строятся с одним ходом, да и чёрный ход, вентиляция… ай, некогда обсуждать! Ты и так уже наворотил дел! Отойди! — закричал Сергеев и, набрав в легкие воздуха, продолжил. — Вперёд! Расчистить проход!

Используя автомат как таран, он побежал на толпу чёрных существ, откидывая первых в строю, пинаясь и тут же открывая огонь по остальным. Тем самым расчищал место для маневра остальных.

Богдан, Гордеев, Пий и Алфёров побежали следом, раскидывая чёрных «детей» таранными ударами автоматов. Дальше всех убежал, конечно же, здоровяк Гордеев, снося пулемётом как тараном больше всех прочих. Вторая пулемётная лента в пулемёте, сползая с плеча, принялась крошить неповоротливых существ, прокладывая просеки в их рядах тяжелыми снарядами. Такие пули пробивали десятки существ за раз.

Следом побежали остальные. Героями умирать никто не спешил, но другого выбора больше не было. Минер Ряжин поджег фитиль и сам отбежал. Тут же с Салаватом и Богданом они принялись закрывать дверь. Ещё несколько ребят из экспедиции остались, чтобы навалиться на массивный ржавеющий кусок металла на петлях. Дверь закрывалась туго, с той стороны, в просветы дверного проема то и дело лезли чёрные лапы и белые лапки.

Дверь так и не удалось закрыть полностью. За нею прогремел взрыв, и земля под ногами на миг качнулась. Отдача прошлась по ступням, вибрацией пройдясь по всему телу. Ощущение не из приятных.

Двоих человек откинуло от двери таранным ударом. У одного из них отскочившим камнем была пробита лобная кость. Второго оглушило ударной волной так, что полопались барабанные перепонки. Лежа на сыром бетоне, он истекал кровью из ушей и, похоже, был контужен. Брусов с Зиновием и сами ощутили, как пропали все звуки мира.