Между тем я не забывал поддерживать контакт с Верой. Она была на подъеме после хороших известий. Мы находили возможности встреч наедине, она мне четко докладывала о настроениях Щетинина. На контакт с Масловым не выходила из предосторожности, и была права. Сейчас все обострилось до предела. К тому же, обладая тонким аналитическим умом, она и так угадывала многое, в частности нелады между гражданскими заговорщиками и Сурковым.

— Мне кажется, они его боятся по-настоящему, — сказала она. — Да и я бы побаивалась. У этой сволочи ничего человеческого за душой нет. При том, что соображает он хорошо. И даже очень.

— Ну уж, если целый стройбат смог подмять под себя… — произнес я задумчиво.

Вера презрительно фыркнула:

— Тут ему Проценко с Зайцевым помогли. Один от жадности обезумел, другой сразу родился идиотом. Сошлись звезды! Ладно, один сам себя наказал, а другой ведь так залетит, что небо с овчинку покажется.

— Ну что ж! Как говорится, глупость — самая дорогая вещь на свете. Платить за нее приходится дороже всего.

Однако, этот разговор навел меня на мысль, которая не знаю, почему раньше не пришла в голову. Но лучше поздно, чем никогда — и я немедленно устремился к Лагунову.

По пути, естественно, все хорошо продумал, прокачал, разложил по полочкам. Обошелся без шпаргалок.

Адъютант в приемной начальника Управления так вымуштровался за последние дни, что меня пропускал беспрекословно:

— Здравствуйте, товарищ майор! Вы к Николаю Михайловичу? Проходите, пожалуйста! У него Покровский, но вас приказано пропускать в любое время.

— Благодарю, — суховато обронил я и открыл дверь кабинета:

— Товарищ полковник! Майор…

— Входи, майор! Вовремя.

Начальник и его зам уже не стеснялись спрашивать моего мнения по существенным вопросам. Знали, что я и дельный совет дам, и субординации не нарушу ни на грамм. Разговор зашел о том, как лучше нейтрализовать четверку банд, поддерживающих мятеж. Смотрели карту города, прикидывали так и этак, искали наилучший вариант. Нашли. И после этого я сказал:

— Товарищ полковник, мелкие банды, конечно, ликвидировать необходимо, но это ведь не главная задача. Главная — стройбат. Как справиться с этой группировкой?

Полковник внимательно посмотрел на меня.

— Есть соображения?

— Есть.

Бесспорно, эта была наша главная головная боль, только об этом и толковали, проигрывали одну модель действия за другой, и всегда получалось на грани. Повезет-не повезет. Конечно, «не повезет» старались свести к минимуму, но…

— Я предлагаю задействовать внутренний ресурс, — твердо сказал я и изложил идею.