В целом я остался доволен, хотя и чувствовал постоянное напряжение Маслова. И его закрытость. Ну, да ведь у меня и служба такая: раскрывать закрытое…
Следующее утро началось с того, что я доложил о результатах Лагунову. Полковник слушал меня очень внимательно, каждое слово схватывал на лету. Однако я видел, что он озабочен, успевает размышлять о своем.
— Значит, так… — проговорил он задумчиво, когда я доклад закончил. — Ну что ж. А теперь у меня к тебе сообщение. Сюрприз, можно сказать.
Глава 18
Сказав так, он умолк. Взгляд застыл.
Я тоже молчал. Во-первых, перебивать начальство ни к чему, а во-вторых, я стремительно размышлял по ходу этой паузы.
Лагунов чем-то сильно озабочен. Он знает то, чего еще не знаю я. Ладно. Должен сказать. А не скажет — буду соображать, что к чему. Но скажет, я уверен!
И не ошибся. Полковник прервал безмолвие, взгляд его ожил:
— Вот что, Соколов. Есть информация…
И он почти неуловимо вскинул взгляд — но мне хватило, чтобы уловить: информация притекла сверху. То есть с Лубянки. А состояла она в следующем: очень вероятно, что в Псков заброшен «настоящий американец». Реальный агент ЦРГ.
— То есть, у меня появился конкурент? — немного пошутил я. Но полковнику было не до шуток:
— Конкурент! Ты что, купец? Торговлей занимаешься? Конкурент… Враг это! Матерый, опытный. И беспощадный. Ты попадаешь в зону риска. Ты это понимаешь⁈
Ну, мне бы не понимать!
От слов полковника ожило военное прошлое Соколова. Я уже к этому привык: картины его памяти стали моими, хотя и чуть более далекими, туманными. Но совершенно неоспоримыми: все это было, было и было!
— Так ведь не привыкать, товарищ полковник. Я с сорок первого года по лезвию бритвы хожу. Это мое нормальное состояние. Работа. В таких передрягах бывал — ни в сказке сказать, ни пером описать!
— Здесь специфика другая, — хмуро сказал Лагунов. — Сплошная неизвестность. И кто враг, кто друг — поди разбери. Оборотень на оборотне.
Я не стал говорить, что мне доводилось много раз встречаться с этой нечистью. Спросил другое:
— А можно поподробнее про этого… нелегала?
— С радостью бы. Да нечего.
Тут полковник разоткровенничался. Он получил совершенно секретную информацию из Москвы: что в Псков с высокой вероятностью заброшен агент в расчете на уже готовую сеть резидентуры. И это пока все, что известно даже на Лубянке. Больше ничего!
— Понимаешь? А что, если этот Маслов темнит, а в самом деле он уже вышел на контакт с американцами, и знает, кого примерно ждать? Кстати, он в конце прошлого года в Москве был в командировке. Мог выйти на контакт с посольством? Мог. Да хоть бы и без посольства. С корреспондентом каким-нибудь американским? В Доме журналистов. Да запросто!