— Ну, конечно, — ворчливо было сказано в ответ. — Против лома нет приема…

— Есть прием. Длиннее лом, — сказал я. — Правда, это не про вас.

Обидеть парней не хотел, но они все-таки чуток обиделись. Впрочем, мне было не до этого.

Все это происходило примерно в полдень, а ближе к вечеру мы с Локтевым уже «сверяли часы». Он ходил в по комнате, в нетерпении потирал руки, не замечая этого:

— Ну что? Вытрясли все, что могли, из этого подонка. Он в самом деле связной между Полежаевым, Панкратовым и еще кое-кем. Покойница Аверина тоже была втянута в схему. Своему старому дураку мозги кружила. Он не только попугаем на телефоне сидел, но и нужные бумажки подписывал.

— И материальные ресурсы списывались в расход?

— В утиль, да. Акты выполненных работ липовые составляли. Ну и так далее.

— Ясно. А этого в самом деле Саша зовут?

— Да. Мерзавец полный. Дегенерат. Ей-Богу, вот так вспомнишь старика Ломброзо. Знаешь, как говорят: сломанные часы дважды в сутки показывают правильное время. Так вот — хоть смейся, хоть нет, но как будто на этого урода Ломброзо смотрел и сочинял свою теорию. Он эту дуру застрелил — как сморкнулся. Ни сожаления, ни раскаяния. Только страх, что попался. И теперь могут в суде вломить по полной. Вплоть до высшей меры. Потому поспешил сдать все, что знает.

— Ну, уже неплохо.

— С одной стороны, да. А с другой — он и знает-то немного. Кто такой Барашков — слыхом не слыхал. Полежаева знает, но где тот скрывается, не ведает. И это правда, я даже не спорю. В сущности, его прямым начальником в банде был Панкратов. Вот его он и сдал.

По словам подонка Саши, Панкратов скрывался «на хазе» в Марьиной роще. Его даже свозили туда, разумеется, под глубоким прикрытием, в кузове тентованного грузовика. Чтобы показал все на местности. Он показал.

— Милицию в известность не ставили, — сообщил Локтев. — Чем меньше народу знает, тем лучше. А вообще — самая настоящая боевая операция. Отобрали оперов посильнее, взвод бойцов построили «в ружье». Серьезная задача.

— Хотелось бы принять участие, товарищ полковник, — заявил я. — Панкратова взять по горячему следу. Момент истины, сами понимаете.

Конечно, полковник понимал. Резон в моих словах был. Вряд ли бы кто распотрошил задержанного как я, в самые первые, самые ценные для допроса минуты задержания. И Лев Сергеевич решился:

— Хорошо. Но лишь в качестве рядового опера. Вернее, — он усмехнулся, — специально приглашенного гостя с особыми полномочиями. Но все руководство операцией ляжет на майора Крутова. Считается одним из лучших наших волкодавов.