Смычков многозначительно пожал плечами:
— Никто не знает. И правда это, или нет — тоже непонятно. Но похоже. Ребята такие любознательные, знаете, из секции «хочу все знать». По крайней мере, Серега Иванников. Букина я почти не знаю. Но вроде они дружат.
Информация показалась мне исключительно интересной. Закончив для проформы разговор с остальными, я вызвал приданного мне в помощь офицера, капитана Трунова. Тезку.
— Володя, — дружески сказал я. — Ты техников Букина и Иванникова знаешь?
— Не близко. Но, в общем, да. Хорошие ребята, комсомольцы. На науке помешаны. Мечтают об открытиях…
Так — подумал я. Пылкие фанаты науки — это и хорошо, и плохо. Энтузиазм — хорошо, слабые знания — плохо. При таких данных тяга к заброшенному кладбищу может стать гремучей смесью.
— Как бы мне с ними потолковать? Но не в лоб, а как бы невзначай.
— Придумаем, — уверенно сказал капитан.
— Тогда давай думай, а я здесь подожду.
— Так точно, товарищ майор. Я быстро! Через полчаса буду с результатом.
— Действуй.
Однако, Трунов не появился ни через полчаса, ни через час. Стемнело. Я стал недоумевать, но вот дверь распахнулась.
Предстал Трунов. Вид растерянный.
— Т-товарищ майор… — начал он, слегка заикаясь, — прошу прощения. Непредвиденные обстоятельства.
— Что случилось?
Он смотрел на меня, как бы не решаясь сказать.
— Ну? — подстегнул я.
— П… пропали.
— Иванников и Букин?
— Да. Оба сразу. Были на работе сегодня, а потом куда-то делись. Дома нет, в клубе нет, в спортзале нет. Непохоже на них.
Он сделал паузу и сказал упавшим голосом:
— Боюсь, что-то случилось.
Глава 5
— Так, — сказал я, стремительно соображая. — Что-то удалось выяснить?
— Да как сказать… — протянул капитан.
Я велел:
— Присядь, капитан. Поговорим.
Трунов присел.
— Значит, исчезли, — задумчиво промолвил я. — Территория охраняется-переохраняется, все перекрыто, а они исчезли. Так?
— Выходит, так.
— Значит, вывод: либо где-то прореха в охране, либо здесь скрылись, на Базе. У женщин каких-то? Может, к замужним подались, мужьям рога выращивать?
Капитан помялся:
— Да кто знает… Но вообще-то нет, на них непохоже. Ребята хорошие, чистые.
— А что ты вообще о них знаешь?
Трунов опять как-то замялся. Меня это не рассердило, но сразу обострило мысль:
— Тебя что-то смущает, Володя? Не стесняйся. Говори.
Мы с ним с самого начала стали общаться по-приятельски, доверительно.
— Да вот даже не знаю. Вроде бы и чепуха…
— У нас чепухи не бывает, — наставительно сказал я. — Любая чепуха может превратиться в золотую жилу.
И Трунов рассказал, что с Иванниковым и Букиным он общался не слишком тесно, но довольно регулярно. Возникло тут нечто вроде «клуба молодых интеллектуалов». Как-никак будущий научный городок. Уже сейчас здесь много думающей, любознательной молодежи. Вот такое общество интеллигентов и возникло. Разговоры по интересам, шахматы, модная музыка. Книги, журналы, разумеется. Хемингуэй, Ремарк, Есенин, Маяковский. С таким легким оттенком свободомыслия. Сергей Иванников и Вадим Букин были там постоянными посетителями. Трунов захаживал, как позволяла служба. Нравилась ему там атмосфера, совсем не похожая на армейскую. Хотя иногда он поглядывал на интеллигентов сверху вниз. Очень уж наивными они ему казались. Только никогда о том не говорил. Усмехался про себя.