— Хм, — произнес я. — Но так же вроде бы не бывает?
— Ты о чем?
— О ком, — поправил я. — Вот, — и ткнул пальцем в список. — Смотрите сюда.
Глава 18
Мне резко бросилась в глаза знакомая фамилия.
Барашков.
Сотрудник Московского Главснаба Дмитрий Тимофеевич Барашков. Мне даже не пришлось напрягать память, чтобы вспомнить физика из 817 завода Барашкова. Павла Михайловича. 1920 года рождения. Выпускника физфака МГУ. Кандидата наук.
И тень Достоевского сразу сделалась заметно ощутимее. Кандидат наук Барашков и Федор Михайлович — это уже сопрягаемые величины.
Все это пронеслось во мне молниеносно. Совпадение? Что-то не верю я в такие совпадения. Да и вряд ли кто-то на моем месте поверил бы.
О чем и сказал Локтеву. Он так и встрепенулся.
— Да ты что⁈ Неужто нашли нить? Ну-ка, ну-ка, попробуем потянуть. Очень аккуратно.
На выявление этого ушла пара дней. Но я, честно говоря, даже не сомневался, что связь тут есть. Остается лишь уточнить степень родства. И я начал, помалкивая об этом, выстраивать рабочую версию.
Дмитрий Тимофеевич по роду службы, несомненно, был человеком, имевшим доступ к материальным ценностям. Видимо, счел, что быть у источника и не напиться из него — неразумно. И приступил к перекачке государственных средств в личный карман.
Зыбкие тропки махинаций с дефицитом подвели Дмитрия Тимофеевича к «золотым россыпям». Почве очень рискованной и очень прибыльной. Каким-то образом — это еще предстоит выяснить, каким — он втянул в свои делишки родственника-физика. Вообще сложилась устойчивая преступная группировка, с иерархией, распределением обязанностей, с низовыми звеньями вроде того же Аверина, за малую толику вовлеченные в криминальную схему почти вслепую. Возможно — это также предстоит узнать — влиятельный снабженец сумел узнать о строительстве ядерного реактора именно в том месте, где ему было известно местонахождение староверческого золота. И он постарался устроить молодого родственника в секретную организацию. Благо, образование, талант и безупречная анкета начинающего ученого сделали это реальным.
Тот, оказавшись на месте, принялся за разработку темы — но что-то пошло не так. Ну, а промежуточный результат мы видим сейчас.
Конечно, это пока эскиз. А чтобы он превратился в картину, необходимо предпринять ряд действий.
Но прежде всего я походатайствовал перед Локтевым за Матвеева.
— Все-таки он нам помог. Ну, оступился, бывает. Думаю, он из тех, кому надо протянуть руку помощи.
Полковник скептически хмыкнул:
— Это каким же образом?
— Привлечь к агентурной работе. Из него выйдет толк. Это я точно скажу.