Лицо красное, глаза злые, скулы напряжены.
Ника сидела в гостиной на диване, смотрела на меня исподлобья.
— Где ты была? — спросил Роман, и голос его обдал меня студённым холодом.
— На работе, — ответила я спокойно, снимая кардиган.
— Враньё, — он шагнул ко мне. — Я звонил в поликлинику. Тебя там не было.
Я замерла.
— Ты следишь за мной? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Я волнуюсь, — процедил он сквозь зубы. — Ты только что из больницы, а ты где-то пропадаешь. С кем ты была?
Я посмотрела ему в глаза, карие, красивые, в которых я когда-то тонула, сейчас я видела в них только злобу и страх, он боялся, что я что-то узнала.
— С другом, — сказала я дерзко. — У тебя проблемы?
Он на секунду опешил.
— С каким другом? — его голос сорвался на крик.
— Тебя это не касается, — ответила я, проходя мимо него в гостиную.
Ника встала с дивана.
— Вера, вы же понимаете, Роман переживает... — начала она своим тоненьким голоском.
— Заткнись, — я посмотрела на неё в упор. — Я не с тобой разговариваю.
Она побледнела.
— Как ты смеешь так говорить с моей племянницей! — взорвался Роман.
— Я не просила совета твоей племянницы, — я повернулась к нему. — Я здесь хозяйка, а она гостья, Так что пусть свой рот не раскрывает.
Роман побледнел.
Ника тоже.
Они оба застыли.
Тишина повисла в комнате, как нож, занесённый над столом.
— Вера, — начал Роман, но я уже не слушала.
— Знаешь что, — я посмотрела на Нику, — иди в свою комнату. Немедленно.
— Но… — она открыла рот, не зная, что сказать.
— Я сказала — иди, — я шагнула к ней. — Или ты хочешь, чтобы я вышвырнула тебя силой?
Ника взглянула на Романа, но он молчал.
Она выбежала из гостиной, хлопнув дверью на втором этаже.
Я осталась с мужем.
— Ты не понимаешь, что делаешь, — сказал он тихо, почти шёпотом.
— Рома,зря ты думаешь, что я ничего не понимаю.
Он молчал.
Лицо его было серым.
Ну да и перед женой не хотелось спалиться и любовницу надо защитить, но как это сделать, чтобы не спалиться.
— Вера, что с тобой? – он решил сменить тактику и смягчил тон.
— Я устала, — сказала я.
Я развернулась и пошла наверх.
В спальне я закрыла дверь, и только тогда позволила себе выдохнуть и заплакать.
В том числе, от страха, ведь я поступила крайне опрометчиво, впредь надо быть осторожнее.
Утром после скандала я не хотела просыпаться в этот мир.
Я проснулась с тяжёлой головой и ещё более тяжёлым сердцем.
Роман уже бодрствовал, я слышала, как он возился в гостиной, что-то передвигал, включал телевизор.
Я не спустилась.
Мне было страшно встречаться с ним.
Он пришёл сам.
Когда я вышла из душа, на кровати лежала чёрная, бархатная, с бантом коробка.