Мой взгляд заметался по полкам. Стыд сковывал язык, хотелось расплатиться за первый попавшийся тюбик и убежать. Но тут в голове щёлкнул медицинский переключатель.

«Руднева, ты в своём уме? — одёрнула я себя. — Ты процедурная медсестра! Ты каждый день работаешь с анатомией и сложными катетерами. Почему ты краснеешь перед куском медицинского полимера?! Это же просто физиология!»

Я расправила плечи, сделала глубокий вдох и посмотрела на консультантку сосредоточенным, цепким взглядом.

— Скажите, Валерия, — мой голос зазвучал ровно и уверенно, — какая плотность по Шору у этой серии? Это стопроцентный медицинский силикон или есть примеси эластомера? Мне важна химическая инертность при контакте со слизистой.

В глазах Валерии промелькнуло уважение:

— Это очищенный медицинский силикон высшей категории, абсолютно бархатистый, не пористый и безопасный для флоры. Он мгновенно принимает температуру тела.

— Отлично, — я смело взяла с витрины изящный дилдо изумрудного цвета — в тон моему тайному белью и дневнику. — Давайте поговорим об эргономике. Каков диаметр этой модели? И насколько анатомически выверен изгиб? Мне нужно понимать, как угол головки будет взаимодействовать с передней стенкой влагалища и зоной G.

Кира восхищённо присвистнула:

— Вот это я понимаю — сестринский подход! Жги, Руднева!

Следующие двадцать минут магазин превратился в лабораторию. Первоначальный стыд испарился. Я засыпала Валерией детальными вопросами о центровке веса, гибкости стержня, частоте звуковых волн в вакуумных стимуляторах и магнитных зарядках. Я требовала включать вибраторы на максимальную мощность, чтобы оценить децибелы и отдачу в ладонь, придирчиво изучала составы лубрикантов.

Валерия отвечала с удовольствием, видя перед собой женщину, которая точно хочет узнать возможности своего тела.

Кира тоже включилась с азартом:

— Так, Валерия, теперь мой тяжёлый случай. Мне нужен двойной кролик последнего поколения, с независимыми моторами и чтобы стержень умел делать прогрессивные фрикции. Психологу пора устроить сеанс глубокой терапии.

В итоге передо мной на кассе лежали три предмета: упругий силиконовый дилдо средней толщины со скошенным изгибом, мощный клиторальный вибратор, похожий на гладкий морской камень, и большой флакон смазки на водной основе с пантенолом. Внешняя стимуляция и глубокое проникновение отвечают за разные нервные окончания — они должны работать в паре.

Мы вышли на Тверскую с двумя фирменными пакетами. Я шла с гордо поднятой головой: мой внутренний критик был уничтожен медицинской логикой и предвкушением.