Но змея не обращала ни на Фрост, ни на Риви внимания. Плоская башка крутилась, из вонючей пасти высовывался раздвоенный язык. Будто тварь кого-то искала, будто пришла сюда не просто так.

– А что здесь?.. – Из пещеры выбежал заспанный Ким.

Змея издала утробный глухой вопль – Риви вздрогнул. Он не знал, что змеи так умеют. Змея завопила снова. Махнула хвостом – так, что Риви с Фрост бросились в разные стороны – и рванула за Кимом.

Тот выставил меч, поранил морду, откатился по снегу. Когтистая чешуйчатая лапа пролетела в сантиметре от его лица.

– Почему Ким? – заорал Риви.

– Он скинул ее яйца! – ответила Фрост, уворачиваясь от хвоста. – Риви, топор!

Риви занес оружие, но не смог прицелиться. Глаз слепил снег, все расплывалось, рукоятка выскальзывала из пальцев. Змея бросалась то вправо, то влево, пытаясь схватить Кима зубами и языком.

– Я так долго не выдержу! – заорал он. – Или она меня! Или я ее!

– Давайте, Риви! – крикнула Фрост. – Топор.

Но Риви медлил, приноравливался. Ладно, – если промажет, а если убьет – как им тогда достать яд?

– Быстрее, Риви!

– Подождите!

Змея махнула лапой – у Кима подкосились ноги, и снег под ним заалел.

– Мне сделать это за вас, Риви?

Риви остановился.

– Да, – неожиданно сказал он. – Да, капитан!

И бросил топор в снег.

– Эй, тупая башка! – Риви выскочил прямо перед змеей, оттолкнув раненого Кима. – Я тут!

Змея заревела, из ее глаза брызнула черная кровь.

«Безоружен, безоружен, – повторял про себя Ри-ви. – Инстинкт говорит тебе выбирать безоружных! Ну же!»

Здоровый змеиный глаз полыхнул, вертикальный зрачок сузился, лапа обрушилась на Риви, подняв снежные вихри. Он отпрыгнул, увлекая змею за собой.

Он надеялся, что тварь повернется к Фрост спиной – и тогда капитан сможет удачно метнуть топор. Но ноги утонули в снегу по колено. Все случилось быстро, за пару секунд. Змея вывернула шею, обмотала Риви языком и закинула в пасть.

Последнее, что он слышал, – крик капитана Фрост.

Челюсти сомкнулись, Риви лихорадочно хватанул ртом остатки воздуха и провалился в тоннель змеиного пищевода. Плюхнулся в жижу – густую, горячую, пахнущую желчью и кровью. На пару секунд вырубило – мелькнули в темноте сухое лицо Минхи и испуганные глаза Фрост. Запрыгали перед глазами слова из письма Вероники:

«Только не простывай, Маттео, держи ноги в тепле».

Риви закрыл было глаза, но тут же их распахнул. Замолотил по жиже руками, отмахиваясь от кусков плоти и козлиных рогов. Сощурился, пытаясь рассмотреть серую ребристую стенку желудка – был бы топор или меч, рубанул бы наотмашь. Но оружия не было.