– А в Реджо красиво, лейтенант Риви?

– Красиво. Тюрьма да рынок, зато тепло.

Воспоминание о родине кольнуло куда-то под ребро.

– А вы еще где-нибудь были?

– В Кливлендске. – Риви сглотнул с усилием. На холоде горло саднило. – В Либеке. В Пулье.

– Кливлендск! – Глаза Кима загорелись. – Я слышал, там нашли чертежи, которые принадлежали самим пророкам! И пытаются сделать разящее огнем оружие! Вы видели его, лейтенант Риви?

– Видел, – Риви вздохнул. – Не получается у них ничего выплавить. А те пули, что есть, не пробивают змеиную чешую…

– Это потому, что на Земле металл был другой. И еще у нас влажность или…

– Или чертежи дерьмо, – буркнул Риви в ответ.

– А кошки? – продолжил Ким. – Говорят, в Кливлендске остались живые кошки. Вы видели их, лейтенант Риви?

– Разумеется, нет.

– А в восточной части Южного материка были? – Ким все еще смотрел с любопытством. – Там, где Андерсен? И этот… Как его… Ататюрк?

– Южный материк в два раза больше Северного, лейтенант Ким.

«Он хоть представляет, как это далеко?»

– Так хочется везде побывать, лейтенант Риви. Увидеть…

– Храмы? – подсказал Риви с издевкой. Ким мотнул головой.

На короткое время стало тихо: слышалось только шуршание сапог и снежный хруст.

Риви огляделся: в грязно-бежевый ханок, укрытый снегом, пошатываясь, зашли два человека в одеялах, а за ними – еще четверо.

– Это больница? – спросил Риви.

– Да. Похоже, кадзурцы ранены. Не волнуйтесь, лейтенант, им окажут помощь. – И Ким увлек Риви в кривой переулок, ведущий к главному входу в храм.

Рассвело. Риви и Ким поднялись по высоким каменным ступенькам. Двери были отворены, и статуи драконов отбрасывали вытянутые, неровно очерченные тени.

– Добро пожаловать. – Служительница, натирающая одному из драконов золотой хвост, низко поклонилась, и у Кима загорелись уши.

– Простите, лейтенант Риви, я теряю уверенность в присутствии женщин, – сказал Ким шепотом, снимая сапоги у входа.

Риви последовал его примеру.

Чуть поодаль, носок к носку, пятка к пятке, стояла еще одна пара военной обуви.

Ким и Риви прошли внутрь, к гигантской статуе пророка Донсу. Как и драконы, пророк – от оправы круглых очков до тарелки лапши в руках – весь светился золотом. Под ногами у Донсу стояли стеклянный ларец и чаша с торчащими из нее дымящимися палочками. Риви подошел ближе – посмотреть на треугольный кусок железа и красную кожаную тетрадку в ларце. Обложка потускнела от времени, страницы вспухли. Увидев, что Ким отошел зажечь благовония в глубине храма, Риви поддел крышку ларца – оказалась открыта – и быстро перелистнул страницы.