— А что, думаете, спугнем там кого-нибудь?

— Спугнем-не спугнем, а береженого Бог бережет.

Кудрявцев задумался.

— Позвоним? Пригласим сюда под каким-нибудь предлогом?

— Не годится. Вот так точно напугаем до обморока. А вот позвонить-пригласить… Давай из паспортного стола. Здесь как раз предлог несложно придумать.

— Давайте! — оживился Иван.

— Тогда вперед!

В паспортном столе наш визит с предъявлением удостоверений вызвал легкую дрожь волнения:

— Д-да, здравствуйте, товарищи офицеры… Вы к начальнику?

— Конечно, — сухо отвечал Кудрявцев. — У себя?

— Да-да, проходите… Семен Лукич! К вам.

Начальник Семен Лукич — немолодой милицейский капитан — напротив, был спокоен и даже радушен. Предложил чаю. Но мы вежливо отказались.

Разговор, естественно, проходил с глазу на глаз. На троих.

— Кооперация? Знаем, как же… Главный там Прохоров Андрей Андреич. Мужик ушлый! Крутится как уж на сковородке, но без нарушений. И так, и сяк его проверяли — по бумагам все чисто. Ну, так уметь надо.

— С чем его и поздравляем, — сказал я. — Нам бы с ним потолковать. Здесь, у вас. Чтобы без свидетелей.

— Понимаю, — многоопытный капитан не стал спрашивать ничего лишнего. А нужное спросил: — Какие-то документы ему взять с собой?

— Книгу учета кадров, — сказал я.

Капитан кивнул, открыл записную книжку, порылся в ней, нашел номер:

— Андрей Андреевич? Узнал? Ну, ты бы да не узнал! Ладно, сразу к делу: срочно ко мне. И книгу учета кадров с собой возьми. Да, очень нужно. Что?.. Здесь скажу. Да, сейчас, сию минуту. Не опаздывай! Жду.

— Сейчас будет, — Семен Лукич положил трубку. — Может, все-таки чаю, ребята? Ну что так сидеть насухо?

Уговорил. Только попили чаю, как в дверь кабинета робко постучали:

— Можно?..

Это и был Андрей Андреевич. Типичный мелкий делец, хоть карикатуру с него рисуй: маленький, толстенький, лысенький. Мордочка пугливая и хитрая, глазки бегают. Увидев в кабинете троих, эти глазки забегали еще тревожнее.

Я мысленно усмехнулся. Ну, готовься, кооператор. Сейчас огорошим.

— Здрассь, Семен Лукич! И вам, товарищи, тоже здрасьте наше…

— Здравствуй, — сухо обронил капитан. — Проходи, садись.

Тот осторожно присел на краешек стула.

— Товарищи с тобой хотят поговорить. А я пойду, кое-что проверить надо, — объяснил он.

Прохоров начал потеть.

Я подождал, когда за капитаном закроется дверь, и вынул удостоверение:

— Министерство госбезопасности. Разговор секретный. Никому и ничего. Это ясно?

— Так точно, ясно… — едва слышно прошелестел бледный Прохоров. — А что такое…?

— Вопросы задаем мы. Товарищ Кудрявцев, прошу.

Кудрявцев, молодец, сообразил: сделал такую значительную физиономию, что дальше некуда.