Жмыхов Егор Ефимович, 1908 г.р. Проживает по адресу… Состоит в промысловой артели «Златоустовский охотник». Руководством артели характеризуется отрицательно. От поручений уклоняется, либо же выполняет формально. Имеет низкий заработок.

— Однако, — сказал я. — Зачем ему иметь низкий заработок?

— Чтобы для порядка где-то числиться, — тут же ответил Рыжов. — Потому-что где-то в другом месте он имеет заработок высокий.

— В целом логично, — сказал я. — Только не заработок, а добычу. А сам-то он сейчас на месте? По адресу?

— Специально не уточняли, — признал полковник. — Но судя по всему, никуда не делся. Должен быть.

— Так.

На размышление мне понадобилось секунд десять.

— Златоуст — это же недалеко?

— Километров сто с небольшим.

— Отлично. Состояние дороги?

— Сейчас более или менее. Вот осенью пойдут дожди…

— Пока не осень, слава Богу. Едем немедля. Мне одного-двух офицеров и с пяток бойцов. Да! Старшину Лапина обязательно. Он из наряда вышел?

— Должен.

— Его обязательно. Остальных подберите по уму. Машину и водителя тоже.

— Додж-¾ с тентом.

— Самое то. Выезд через сорок минут.

За эти сорок минут я успел наладить весь свой привычный походный набор, включая фляжку со спиртом. Автомат дополнительно брать не стал, все же не банду брать едем. Решил обойтись «Вальтером». А бойцы и так вооружены превосходно.

Из офицерско-полуофицерского состава, кроме Лапина в команде очутился лейтенант Варфоломеев. Я его прежде вроде бы и не видел никогда. По крайней мере, не вспомнил. Высокий худощавый парень с очень серьезным, почему-то слишком бледным лицом. Какое-то меланхоличное впечатление он производил — однако Рыжов успел уверить меня, что молодой офицер чрезвычайно исправен по службе, предельно дисциплинирован, собран, невозмутим. Вообще такой военный робот, что ли.

Ну, ладно… — подумал я, присматриваясь к невеселому лейтенантскому лицу. Когда человек по службе как машина — это не так уж плохо. Но странно то, что молодой человек, который в силу возраста должен излучать энергию, задор, движуху — уже таков, как будто старость к нему приперлась с опережением всех возможных графиков.

Но морочить себе голову, конечно, я не стал.

— Ну готовы? По машинам! То есть, по машине, — улыбнулся я.

Поехали по горно-таежной дороге, нырявшей и взмывавшей, но в общем, приемлемой. Шофер — не солдатик, а серьезный дядька средних лет, наверняка из местных, гнал аккуратно и уверенно, и менее, чем за три часа мы достигли Златоуста.

— Ну вот, Лапин, — я обернулся с переднего сиденья в грузо-пассажирский отсек, — твои родные места!