— Кто распорядился опечатать помещение, включённое в мой аудит?
— Софья Андреевна, — Рудин выпрямляется. — В связи с попыткой несанкционированного доступа.
— Покажите распоряжение.
Даниил протягивает ладонь.
Рудин сильнее прижимает папку к боку.
— Оно сейчас оформляется.
Они уже выставили охрану и назвали нас нарушителями, а бумаги ещё нет.
— Значит, вы ограничили доступ к финансовым документам мажоритарному собственнику без подписанного распоряжения? — Даниил говорит негромко, но охранник возле двери опускает скрещённые руки. — В тот момент, когда аудиторы запросили первичную документацию.
— Я обеспечивал сохранность базы, — отвечает Рудин. — Вы не вправе вмешиваться во внутреннее расследование по факту возможного хищения данных сотрудниками.
Даниил открывает на планшете документ.
— Решение совета о передаче мне антикризисного управления вступило в силу сегодня в девять утра. Бухгалтерия, серверная и финансовый архив находятся под контролем моей группы.
Он поворачивает экран к начальнику безопасности.
— Виктор Павлович, зафиксируйте пломбу. Затем вскрываем помещение при свидетелях.
Рудин перегораживает дорогу.
— Я не позволю вам уничтожить доказательства.
Даниил останавливается перед ним.
— Вы сейчас обвиняете меня в намерении уничтожить документы?
Рудин понимает, куда себя загнал, и отступает.
— Я говорю о процессуальной чистоте, — Рудин поправляет манжету.
— Тогда всё будет снято на две камеры, внесено в акт и проведено в присутствии вашего представителя, — отрезает Даниил.
Он поворачивается ко мне.
— Вера, вы с Алиной войдёте последними. Ничего не трогаете без разрешения.
Я киваю. Сейчас его распоряжение защищает меня от новой подставы.
Начальник безопасности включает камеру. Аудитор снимает пломбу, дату и подпись Рудина, затем перерезает бумажную ленту канцелярским ножом.
Клей отрывается от дуба с сухим треском.
Дверь открывается.
В бухгалтерии прохладно, пахнет бумагой, пылью от принтера и остывшим кофе. На столах остались блокноты, чашки и недоеденная булочка в пакете. Людей отсюда явно вывели посреди рабочего дня.
Алина рвётся вперёд, но я удерживаю её за локоть.
— Ждём.
Аудиторы осматривают окна, шкафы, системные блоки и снимают общий план. Рудин следит за каждым движением, но слишком часто смотрит на крайний стол слева.
Алина смотрит в пустой ящик так, будто вместе с флешкой из него вынули последнюю опору.
— Она была здесь, — повторяет она, уже громче. — Сегодня утром. Я положила её под зарядку, чтобы никто случайно не увидел.
Рудин отрывается от дверного косяка.
— Удобная история, — произносит он, поправляя очки. — Особенно после того, как резервная копия понадобилась Вере Николаевне.