— Переведите в режим полёта, пожалуйста. Маше оставьте свой номер.
Даниил показывает экран: Игорь, Нина Павловна, снова Игорь. Потом отключает связь. В приёмном отделении нас встречает женщина в тёмно-синем костюме под халатом.
— Елена Сергеевна Воронцова, репродуктолог, — представляется она, пока медсестра помогает мне переодеться. — Я из независимого центра. Сначала осмотрю вас, потом решим, кто останется рядом.
Я смотрю на Даниила.
— Вы её нашли?
— Анна Сергеевна дала контакты, — Даниил ставит сумку на стул. — Елена Сергеевна смогла приехать быстрее остальных.
Врач кивает на дверь.
— Тогда сопровождающий подождёт снаружи.
— Даже спорить не буду, — отвечает Даниил и уходит.
Я почти улыбаюсь, но живот снова тянет. После осмотра Елена Сергеевна назначает анализы, усиливает поддержку и просит готовить УЗИ. Крови стало меньше, но она пока не прекращается.
За дверью раздаётся голос Игоря:
— Я требую допустить нашего врача и выдать копию карты!
Елена Сергеевна не отвлекается от записей.
— Марина, поставьте особый режим доступа. Информация только пациентке и тем, кого она укажет.
Медсестра подаёт мне планшет.
— Машу Корнееву, Анну Сергеевну Левину и Даниила Орлова, — диктую я. — Никого из клиники Романова без моего согласия.
В коридоре ещё несколько минут спорят. Потом становится тихо. Даниил возвращается один.
— Его вывели из отделения, — сообщает он. — Врач, которого он привёз, остался внизу.
Даниил убирает телефон. Совет — в восемь.
— Они хотят снять вас до того, как совет увидит чат. Рудин снова полезет в документы.
— Часть серверов опечатана. Копии у следствия, — отвечает Даниил и возвращается к окну.
— А люди в клинике остались те же.
Он достаёт зарядку и подключает ноутбук.
— Утром я выйду на совет из соседней комнаты. Вы останетесь здесь.
— А если меня спросят? — Я поправляю одеяло.
— Скажу, что вы в стационаре, — говорит Даниил.
Я приподнимаюсь на локте. Живот сразу тянет, и приходится лечь обратно.
— Жалоба держится на мне. Игорь назовёт меня вашей любовницей и скажет, что аудит вы придумали ради меня. Если промолчу, останется только его версия.
Даниил закрывает ноутбук.
— Вы сегодня поступили с кровотечением.
— Я помню, — отвечаю я. — Кровь была на моём белье.
— Тогда зачем делать вид, будто из больничной койки нельзя говорить? — спрашиваю я.
Даниил отходит от окна.
— Я не позволю вам рисковать ребёнком ради моей должности.
— Вы не можете мне позволять, — напоминаю я.
Он сразу останавливается.
— Да. Не могу. — Даниил выдыхает. — Тогда прошу. Не надо.
В палату входит Елена Сергеевна. Проверяет капельницу, спрашивает о боли, просит показать прокладку.