— Пришёл закончить этот кошмар.
Он достаёт первый лист.
— Я отзову часть показаний и подтвержу, что ты не знала о назначении приложений. По Маше объясню, что ты не могла её уволить и не угрожала. Софья направит уточнение регулятору, — говорит Игорь, вынимая второй документ.
Я беру лист. Внизу пусто.
— Когда вы это подпишете? — спрашиваю я, показывая на пустую строку.
— Как только договоримся, — отвечает он.
Я кладу бумагу на одеяло.
— О чём?
Игорь проводит ладонью по краю папки.
— Ты возвращаешься домой.
Я жду продолжения, и он начинает перечислять уже увереннее:
— Замки меняют обратно, карты разблокируют. Наблюдение оставим у Воронцовой. Я оплачу лечение. Ты выходишь из аудита и больше не встречаешься с Орловым без адвоката.
— У нас с Даниилом нет отношений, — отвечаю я.
— Тогда тебе будет легко, — бросает Игорь слишком быстро.
Я разглаживаю лист на одеяле.
— А Лика?
— С ней всё закончено. Ребёнку я помогу, но наши отношения были ошибкой, — произносит он, не глядя на меня.
— Неделю назад она была женщиной, рядом с которой ты снова почувствовал себя мужчиной, — напоминаю я.
Игорь смотрит в сторону двери.
— Я говорил много глупостей, — признаёт он после паузы.
— А её ребёнок тоже глупость? — спрашиваю я.
— Не передёргивай, — просит Игорь и подаётся ближе. — Наш малыш — тот, кого мы ждали пять лет. Наш настоящий наследник. Наша семья ещё может быть семьёй.
Он уже выбрал, чей ребёнок для него «настоящий».
— Нина Павловна научила? — спрашиваю я.
Игорь вместо ответа вспоминает первые протоколы: как делал уколы, ждал под операционной, грел мои носки после пункции. Я тоже всё помню, и слушать его тяжело.
— Я устал, испугался и натворил такое, за что мне стыдно, — говорит он. — Не прошу простить сразу. Вернись ради ребёнка.
— И ради этого я должна бросить человека, который помог мне, когда ты заблокировал деньги и сменил замки, — говорю я.
Игорь сильнее сжимает папку.
— Орлов помогает не бесплатно, — бросает он.
Я кладу письмо на одеяло.
— Ты снова решаешь, кто и зачем рядом со мной.
Игорь подаётся вперёд.
— Я вижу, как он на тебя смотрит.
— А я видела, как ты смотрел на Лику, пока мой эмбрион размораживали без меня, — отвечаю я.
Игорь откидывается на спинку стула.
— Мы опять уходим в прошлое, — произносит он с раздражением.