— Вера, закрой рот! — рычит он, и его лицо искажается от злости. — Не смей срывать на Лике свою злость только из-за того, что твой организм бракованный!
Бракованный.
Слово бьет наотмашь.
Но вместо того, чтобы расплакаться, я вдруг чувствую невероятную свободу.
Передо мной стоят два абсолютно гнилых, ничтожных человека, которые даже не заслуживают моих эмоций.
— Иди в свой кабинет, — жестко бросает он. — Успокой свои гормоны. Развод обсудим позже.
Я смотрю Игорю прямо в глаза. Мой взгляд настолько спокойный и ледяной, что он вдруг замолкает.
— С тобой я вообще больше не хочу иметь никаких дел, — ровно произношу я, глядя на мужчину, которого любила пять лет, как на пустое место. — Ты спал с ней и в перерывах обсуждал мои женские проблемы. Какое же ты ничтожество, Игорь.
Я вижу, как у него дергается желвак, но мне плевать. Я перевожу взгляд на Лику. Она всё еще прячется за плечом Игоря, победно сжимая его руку.
— А тебе, Лика, я бы настоятельно посоветовала прямо сегодня сдать мазок, — произношу я спокойным, почти медицинским тоном.
Улыбка сползает с её лица. Она напрягается.
— Твой «заботливый» мужчина забыл тебе сказать, — я склоняю голову набок. — что мой перенос сегодня отменили из-за острой инфекции, которую он принес в семью. Так что советую поторопиться к венерологу, Лика. Пока твой идеальный, здоровый малыш не пострадал от папиных похождений. А то, глядишь, помимо нас у него есть кто-то еще…
Тяжелая дубовая дверь захлопывается за моей спиной, отсекая меня от скандала моего уже бывшего мужа и его любовницы.
Оказавшись в пустом коридоре, я делаю судорожный вдох, и в эту же секунду адреналин, который держал меня на ногах во время разговора с Игорем и Ликой, резко отступает.
Ноги мгновенно становятся ватными и я приваливаюсь спиной к прохладной стене, сползая по ней плечом, и до боли стискиваю зубы, чтобы не завыть в голос.
Господи, как же больно.
Физическая слабость наваливается с такой силой, что перед глазами пляшут черные мушки. Мой организм, измученный препаратами, стрессом и обострившейся инфекцией, кричит о пощаде.
Я закрываю лицо дрожащими ладонями.
Всё. Конец. Моего брака больше нет.
Перенос отменили.
В этот момент в кармане моего халата начинает надрываться телефон.
Резкий звук бьет по натянутым нервам. Я достаю мобильный, не глядя на экран.
— Да? — мой голос звучит хрипло.
— Вера… — из динамика раздается прерывистое, паническое дыхание Маши. Она плачет. — Верочка, Господи, прости пожалуйста… Прости, что так получилось!
— Маша, что случилось? — мой внутренний врач мгновенно оттесняет раздавленную женщину на задний план. Я выпрямляюсь, пальцы до хруста сжимают телефон. — Говори четко, без истерик.