Я ставлю воду рядом.
— Подключиться потребовала я. Даниил Александрович был против.
— Кто это подтвердит? — спрашивает Рудин.
Анна Сергеевна появляется в отдельном окне.
— Лечащий врач и медсестра. Письменные объяснения готовы.
Даниил коротко объясняет договор аренды, оплату моей работы и независимую проверку заключений.
Игорь ждёт, пока он закончит.
— Бумаги оформили после того, как Орлов ночевал у дома моей жены, возил её на анализы и присутствовал на УЗИ моего ребёнка.
Я чувствую, как лицо становится горячим.
— Ты приехал в больницу с врачом Софьи и потребовал мою карту, — отвечаю я. — Я запретила вам доступ. Независимого специалиста пригласили после того, как мои медицинские данные попали в статью.
— Я пытался спасти ребёнка, — Игорь повышает голос. — А ты пустила к нему чужого мужчину.
— Ребёнка спасал врач. Даниил стоял у изголовья, потому что я попросила.
Председатель постукивает ручкой по столу.
— Семейный спор прекращаем.
— Он связан с аудитом, — вмешивается Рудин. — Орлов продвигает показания женщины, с которой состоит в отношениях и которая сама проходит по делу о хищении.
Я открываю первую таблицу.
— Тогда проверим мои показания. — Я вывожу список программ.
— За три месяца фонд сократил или отменил сорок семь протоколов. Одиннадцать женщин не могли ждать следующий год из-за овариального резерва. Семь купили препараты сами, хотя в отчётах они отмечены как выданные бесплатно.
— Источник данных? — спрашивает представитель фонда.
— Карты, уведомления об отмене, чеки и резервные таблицы бухгалтерии, — отвечаю я. — Копии у следствия. Я сверяла их как эмбриолог и эксперт аудита.
Софья Андреевна поправляет очки.
— Вы никогда не руководили квотированием.
Сообщение Софьи остаётся открытым на экране.
«Я передам Игоря со всеми документами. Взамен ты прекратишь копать клинику и не станешь поднимать роль руководства».
Я перечитываю его, потом кладу телефон на одеяло. Даниил сидит у окна с ноутбуком, но уже не печатает.
— Она хочет приехать, — говорю я.
— Встретитесь? — спрашивает он, закрывая ноутбук.
— Здесь. При Анне Сергеевне и под запись, — отвечаю я.
Софья отвечает почти сразу: «Без Орлова».
Даниил читает и усмехается.
— Хотя бы не притворяется, что хочет общего разговора, — замечает он.
Я забираю у него телефон.
— Ты выйдешь, когда она придёт. Но останешься в отделении.
Он смотрит на меня внимательнее.
— Если начнёт давить, позовёте?
Я хочу привычно ответить, что справлюсь сама, но вспоминаю кровь на кафеле.
— Позову.
Софья приезжает через час.
Без халата она выглядит старше. Серый костюм сидит безупречно, а волосы у виска выбились из укладки. Она замечает капельницу, снимок УЗИ на тумбе и только потом смотрит на меня.