Я остаюсь возле двери.

— Мои анализы больше тебя не касаются.

— Меня касается этот ребёнок.

Несколько секунд я смотрю на человека, который совсем недавно велел мне самой разбираться со своим бесплодием.

— Ещё неделю назад ребёнок из пробирки был только моей проблемой. Ты так и сказал.

Игорь морщится.

— Я был зол. Мы оба наговорили лишнего.

— Ты оплатил Лике ведение беременности нашими деньгами и назвал мой организм бракованным. Где именно было «лишнее»?

Он проходит к окну, поправляет жалюзи и возвращается. Ему нужно занять руки, пока он ищет удобный тон.

— Лика беременна, да. Я отвечу за её ребёнка. Но если наш эмбрион прижился, ситуация другая.

— Какая?

Игорь садится на край стола.

— Мы были в браке. Эмбрион создан из наших клеток. У него будет моя фамилия, мои права и моё участие.

Я крепче держу ремень сумки.

— Твоё участие закончилось утром переноса. Ты ушёл на УЗИ к любовнице и оставил меня одну.

— Отцовство не отменяется из-за семейного конфликта.

— Семейного конфликта? — Я достаю из облака фотографию контракта и кладу телефон перед ним. — Ты украл деньги нашего ребёнка, чтобы оплатить другого.

Игорь отталкивает телефон.

— Я верну их.

— Ты уже предлагал половину в обмен на Алину.

Он поднимается и подходит ближе.

— Хватит цепляться за Громову. Если ХГЧ положительный, тебе нужны врачи, лекарства и покой. Одна ты не справишься.

— Я не одна.

Игорь сразу напрягается.

— Орлов? — спрашивает он тише. — Ты решила, что чужой мужик будет рядом с моим ребёнком?

Я не отвожу от него глаз.

— Даниил Александрович ведёт аудит. Не впутывай его в наш разговор.

— Ты уже впутала. Носишь ему документы, сидишь в его кабинете до ночи, позволила забрать медицинскую проверку. Теперь ещё и ребёнка спрячешь за его спиной?

Я включаю запись на телефоне и кладу его на тумбу так, чтобы Игорь видел красный значок.

— Повтори. Что именно я собираюсь спрятать?

Он переводит взгляд на экран, но не замолкает.

— Если эмбрион прижился, это мой ребёнок. Ты никуда его не унесёшь.

Я вспоминаю пустой стул возле операционного кресла. Тогда я смотрела на белую точку на экране и обещала малышу, что не брошу его. Игорь в это время успокаивал Лику после новости об инфекции.

— Ты отказался от него ещё до переноса, — отвечаю я. — Обнулил счёт, не пришёл в операционную и велел дать тебе развод по-тихому. Теперь увидел слово «ХГЧ» и вспомнил про отцовство.

— Я ничего не знал о переносе! — Игорь повышает голос. — Ты провела процедуру за моей спиной.

— После того как ты сорвал её своей изменой.

Он приближается ещё на шаг. Я остаюсь на месте.