Договорить мне не дают.
Крепкие, тяжелые пальцы по-хозяйски впиваются в мою талию, мгновенно сжимая ткань свитера.
Знакомая стальная хватка. Две ночи назад эти же пальцы до синяков сжимали простыни на моей кровати и плавили мою кожу.
– Привет, малышка, – раздается прямо над ухом низкий, с хрипотцой голос, от которого у меня подкашиваются колени. – Я за тобой.
Чуть не сворачиваю шею, чтобы посмотреть на него.
Максим…
Откуда он взялся?! Стоит, вжавшись в мой бок, губы растянуты в фирменной хищной ухмылке, но глаза – два куска льда. Оценивающие, колючие. Этот его взгляд медленно, как прицел снайперской винтовки, сканирует Арсения с ног до головы. И в этой немой паузе читается слишком четкое: «Свали в туман, пока кости целы».
– Макс? – выдыхаю я, чувствуя, как сердце пускается вскачь лишь от взгляда на него и по всему телу разливается пожар. – Ты… ты как здесь оказался?
– А ты как думала? – он лениво тянется рукой к моему лицу, собственническим жестом заправляя прядь волос мне за ухо. Пальцы нарочно задевают чувствительную кожу шеи, и меня прошибает мощным разрядом электричества. – Освободился пораньше. Думал, перехвачу тебя после пар, отвезу пообедать нормально, в ресторан… А тут у нас, оказывается, группа поддержки.
Макс снова переводит тяжелый взгляд на Арсения, и его улыбка становится еще шире. И еще опаснее.
– Знакомь меня, что ли, с другом. Чего замерла, Алин?
Арсений опускает глаза на его руку, которая мертвой хваткой держит меня за бедро, и его идеальные брови ползут вверх. По лицу парня видно, как он прямо сейчас лихорадочно просчитывает что-то в голове. Макс крупнее, старше, от него за версту прет этой опасной уверенностью, которая никак не вяжется с образом сокурсника.
– Это Арсений, мы на одном потоке учимся, – бормочу я, понимая, что мои щеки уже горят адским пламенем. Мимо как раз проходят девчонки из параллельной группы, во все глаза уставившись на нашу сцену. О Господи, только бы никто ничего не понял… – Арсений, это… это Макс. Мой…
Я прикусываю язык. Язык не поворачивается сказать при всех «сводный брат». Учитывая, что этот брат сейчас буквально вжимает меня в себя, и я бедром чувствую жесткую пряжку его ремня. И не только её.
– Друг семьи, – бархатным, вкрадчивым тоном подсказывает Макс, слегка усиливая давление на мою талию. – Очень близкий друг. Алин, ты чего так вспыхнула?
Он наклоняется и целует меня в щеку. Тягуче, напоказ, мазнув губами почти по уголку рта. До этого дня он вообще делал вид, что мы едва знакомы, если пересекались где-то в городе, а сейчас он, как дикий зверь, метит территорию на глазах у всего университета.