– Расскажи лучше, как твои дела, – просит она, аккуратно опуская чашку на блюдце. – Серверы починил? Ты до скольких там проторчал вообще?
– До семи утра, – выдыхаю я, с силой нажимая пальцами на переносицу, пытаясь согнать сонное состояние. – Под конец уже тупо не соображал, пальцы мимо клавы мазали. Там кластер лег так, что пришлось бэкапы по кусочкам из облака выковыривать. Капитальный пиздец, короче. Не забивай голову.
– А спал ты сколько? – в её голосе прорезаются те самые заботливые нотки.
Я неопределенно веду плечом, отправляя в рот ложку с десертом и чуть не промахнувшись.
– Часа два. Может, два с половиной. Потом душ, литр кофе, шмотки сменил и к твоему универу. Не хотел, чтобы ты лишний час без меня сидела.
Алина смотрит на меня с такой невыносимой смесью жалости, нежности и обожания, что у меня натурально перехватывает дыхание.
Её ладошка переворачивается, и теперь уже её пальцы крепко сжимают мою руку.
– Макс, ну зачем ты себя так гробишь? – в её глазах влажный блеск. – Неужели нельзя было сначала нормально выспаться, а потом приехать? Я бы никуда не делась, я бы всё поняла.
– Не мог, – отрезаю я, заставляя её смотреть мне в глаза. – Я из-за этой работы и так проебал целые выходные. Торчал с железом, пока ты тут одна сидела. Еще бы один день без твоего голоса, и я бы эту серверную к чертям взорвал.
– Дурак, – хмурится она, но по губам ползет довольная улыбка.
Женщины любят, когда ради них сходят с ума, а я ради неё уже на финишной прямой к дурке.
Алина не выдерживает и хихикает.
– Тебе смешно? – я наклоняюсь через стол, максимально сокращая дистанцию, так, чтобы она видела каждую чертову искру в моих глазах. – Я тебя ни с кем делить не собираюсь. Ты моя и всегда была моей. Запомни это раз и навсегда. И Арсений твой, и любые другие кандидаты пусть идут лесом и ищут себе других баб. У нас с тобой на эту жизнь совсем другие планы.
Алина замирает, ловя ртом воздух. В её глазах целая буря эмоций: отчаянный протест, шок, смущение и… покорность. Сладкая, тягучая готовность подчиниться моему напору. Она ведь сама всё знает, сама всё чувствует.
– Какие еще планы? – едва дыша, спрашивает она.
– Скоро узнаешь, сестрёнка, – подмигиваю я ей, откидываясь назад на диван и сбрасывая градус напряжения. – А пока доедай свой тирамису. И начинай лихорадочно соображать, что мне тебе дарить на четырнадцатое февраля. У меня в запасе всего два дня, а я в женских хотелках полный ноль.
Алина натурально давится капучино, судорожно хватаясь за салфетку.
– Что?! – кашляет она, вытирая губы. – Какой еще подарок? Мы же… мы же в кино идём! Ты сам мне два билета на предпремьеру «Танцев с судьбой» пообещал! Забыл уже?