Я хладнокровно контролировал каждый шаг Оксаны и отца, пока мы спускались в просторную, залитую светом гостиную. Там царила уютная предпраздничная атмосфера. На большом дубовом столе уже исходил паром запеченный мачехой кусок мяса, стояли салатницы, мерцали свечи.
Алина сидела на диване. Едва мы вошли, она вскинула голову, и я увидел, как паника исказила её милое лицо. Она судорожно поправила воротник своего плотного бежевого свитера, под которым я еще полчаса назад оставлял свои горящие, клеймящие засосы. Моя смелая, испуганная девочка.
– Ой, ну наконец-то! А мы вас заждались, – Наташа с доброй, теплой улыбкой вышла из кухни, вытирая руки полотенцем. – Оксана, дорогая, хорошо, что приехала, садись к столу… Илья, Макс, вы чего такие хмурые? Праздник же!
– Наташ, извини, праздника не будет, – я прошел в центр комнаты, швырнул закрытый ноутбук на край стола и облокотился на спинку кресла. Глянул на отца ледяным взглядом, и тот послушно замер у стены. – Оксана приехала ненадолго. Только чтобы сообщить, что мы подаем на развод. Она во всем призналась, под документом уже стоит её подпись. Сейчас она забирает свои вещи и уезжает. Насовсем.
Наташа застыла на месте, её лицо вытянулось от шока. Улыбка медленно сползла, полотенце выпало из рук.
– Как… развод? Максимушка, Ксюша, ну как же так? – она растерянно переводила взгляд с меня на Оксану. – Прямо сейчас? В праздник? Может, вы погорячились, сядете, поговорите?..
Но Оксана, до этого сжимавшаяся от страха в углу, вдруг не выдержала. Понимание того, что её полностью уничтожили, лишили денег, выставили шлюхой и с позором вышвыривают из семьи, окончательно сорвало ей крышу. На её измазанном тушью лице проступила оскаленная, торжествующая гримаса смертельно раненого зверя. Она не рискнула нарушить мой ультиматум и сдать отца, но её змеиная интуиция мгновенно нашла другую цель. Она решила ударить туда, где мне будет больнее всего – по Алине.
– Поговорить?! – истошно взвизгнула Оксана, делая резкий шаг в сторону дивана, где сидела Алина. – Да вы на свою доченьку посмотрите, Наташа! На Алиночку-святошу! Меня вышвыривают?! Изменяла я?! Да они же трахаются у вас под носом прямо в этом доме! Я видела, как этот выродок зажимал её в своей машине в Москве! Алина, сучка малолетняя, ну-ка покажи матери свою шею! Покажи засосы, которые твой братец оставил тебе! Три месяца назад в офисе твой муженёк тоже ко мне со своими грязными поцелуями лез, а сыночек его…
– Ты думаешь, я дура, Оксана? – Наташа вдруг сделала резкий шаг вперед, намертво перерезая Оксане путь к дивану и закрывая собой Алину. Голос моей мачехи прозвучал на удивление твердо. – Я прекрасно слышала, как ты три месяца назад крутила хвостом перед моим мужем в его кабинете, когда приезжала подписывать документы. И видела, как Илья тебя оттуда выставил и просил больше без Макса не появляться. Ты сейчас пытаешься дополнить свою ложь, чтобы разрушить мой дом? Не выйдет.