В Дагомысе нас никто не решился задерживать. Наоборот, ко мне выехал собственной персоной мой старый знакомый Эдик-бей, у которого я отнял свою невесту. Пристроился рядом, не удосужившись даже поздороваться. Проехал с нами метров триста. Когда воины начали переправу через реку, заговорил:

— Что с девушкой?

— С Тамарой? Она, как я тебе и говорил, стала моей женой. Брат не выжил?

— Нет! Я, получается, тебе как бы должен. Мне-то вы жизнь спасли.

— Нет между нами счетов!

— Есть! — упрямец из рода Фабиа был верен себе. — Перед вами едет отряд шапсуга Шамуза. С ним англичанин, Якуб-бей. Они кричат, что ты русский шпион и что каждый должен накормить тебя свинцом. Остерегайся!

— Спасибо за предупреждение!

— Вот теперь мы в расчете, — буркнул Эдик-бей и отъехал в сторону.

Подождал, пока мы все переправимся на другой берег и поехал в свой родовой аул. Видимо, тот, в котором он прежде жил на границе с Абхазией, приказал долго жить.

— Цекери! — окликнул я своего юного падавана. — Какой прием нас ожидает в твоей долине?

— Смотря с кем столкнемся.

— Думаешь, твои враги нас поджидают?

— Не знаю, — растерялся парень. — Род Пшикуи тебя ждет с распростертыми объятиями.

— Можем как-то незаметно проскочить до Аше?

— Зачем? — удивился Цекери.

— Плохое предчувствие!

Предчувствие — правильнее сказать, предупреждение Эдик-бея о мистере Белле — меня не подвело. У отряда начались новые неприятности, как только мы переправились через реку Шахе и были вынуждены убраться с побережья. На ближних подступах к долине Вайа мы столкнулись с организованными засадами. Не убыхов. Шапсугов. Вернее, людей одного с Цекери племени гоайе. Они открыли по нам огонь из-за деревьев.

— Это люди из рода Косебич! — Цекери чуть не плакал, не решаясь направить ружье в сторону соплеменников. Он и Курчок-Али отчаянно прикрывали своими телами Кочениссу.

Трещали выстрелы. Крики и стоны наполнили ущелье. Нам не хватало пространства, чтобы развернуть кавалерию. Из-за сложного рельефа все наше преимущество в дальнобойности штуцеров оказалось утеряно. Мы ввязались в тягомотную перестрелку, в вязкую стычку, грозившую потерей темпа и ударом в спину разозленных убыхов.

— Нужно обойти засаду по верху ущелья и зажать ее на склоне, — подсказал решение Башибузук.

— Действуй! — дал я добро, хорошо осознавая, что крови пролилось уже столько, что миром дело не закончится.

Маневр Башибузука принес нам победу. Мы даже захватили пленных, включая их вождя. Их притащили связанными и изрядно помятыми. Оружие у них отобрали и особо не церемонились. Гнали пинками. Больше двух десятков наших людей сложили головы в этом мрачном ущелье.