… Доставка восьмерых матросов и юнкера Филатова в укрепление Святого Духа прошла не без эксцессов. Я в одиночку подъехал к форту, изо всех сил изображая мирного горца. Напрягшийся часовой выставил на меня штык.

— Что нужно, гололобый⁈[1]

— Коменданта зови! Дело есть! Пленных менять будем!

Солдат ахнул.

— Моряков? — догадался.

Я кивнул. Солдат опрометью ринулся внутрь форта. Большая стая здоровенных собак осталась меня стеречь. Поглядывал на них с опаской. Те еще звери! Скалили на меня свои страшные зубы.

Из ворот в сопровождении нескольких солдат выскочил майор.

— Комендант крепости Святого Духа майор Посыпкин! С кем имею честь?

— Уорк Зелим-бей! Привез на выкуп матросов с «Месемврии».

— Ох ты батюшки! Заходи в хату, гость дорогой!

Майор Посыпкин, командир Черноморского линейного № 6 батальона, был только что назначен Головиным комендантом крепости. Мужиком оказался свойским, но звезд с неба не хватавшим. К выкупам пленных он привык: не раз участвовал в подобных сделках, выменивая казаков на соль или серебро. А самому наладить контакты с убыхами и джигетами ему было слабо. И времени еще прошло слишком мало с момента его прибытия в форт, и хватало других дел. Ситуация в вверенном ему укреплении была далека от идеальной. Об этом он практически с порога поставил меня в известность. И не переставал благодарить и нахваливать. О моей роли его уже предупредил генерал Симборский.

— Вы уж, Константин Спиридонович, не оставьте нас своим попечением. Офицеры! Офицеров нужно вытаскивать!

— Работаю над этим. Готовьте соль и серебро. И затребованный мною у Раевского ящик с капсюлями и мушкетным порохом не забудьте!

— Все сделаю, голуба, не извольте беспокоиться!

По моему знаку из балки, перерезавшей мыс Адлер, выдвинулся отряд с моими бойцами, охранявшими моряков. Подъехали к крепости. Высыпавшие на вал солдаты радостно приветствовали измученных матросов. Полуголый, но гордый и отъевшийся юнкер Филатов построил моряков и торжественно ввел их в ворота форта. На валах громко крикнули «ура!» На освободившихся лошадей грузили мешки с солью.

— Башибузук! За вот теми ящиками проследи! — я незаметно кивнул на отдельно лежавший груз. — Серебро и боеприпасы.

— Зелим-бей! — восхитился мой зам. — Не знаю, чем ты еще удивишь⁈ Надо же такое придумать: через обмен пленных отряд снабжать! Нужно будет взять на вооружение твою идею, если снова нас покинешь.

— Возьми, возьми. Дело благое и выгодное.

Ко мне подбежал юнкер Филатов в накинутой на плечи толстой солдатской шинели. Обнял меня на прощание. Зашептал, косясь на моих бодигардов.