Вопрос стучал в голове кувалдой. Я остановился, глядя в окно.
И удары кувалды прервались.
Как? Да очень просто. Проще некуда! Он сам должен выйти на меня. Именно на меня, а не на Управление! Этот человек должен прекрасно знать, что я ключевое лицо в этом расследовании. И что операция выходит на финишную прямую. Без меня ему, судя по всему, не обойтись. А соблюдать конспирацию даже от местных чекистов строжайше требуется по инструкции.
Вдруг зазвонил телефон. Я снял трубку:
— Да!
Голос Веры:
— Здравствуйте.
— Здравствуйте.
Без имен, без всяких лишних слов. Разговор профи.
Вера была единственным человеком за пределами УМГБ, кому я дал свой служебный номер.
— Сегодня в семь вечера. Сможете?
Она говорила торопливо, и фоном я слышал отдаленные голоса, даже смех: видимо, говорила она с работы.
— Да.
И она тут же дала отбой.
В девятнадцать ноль-ноль у нее дома. Ясно.
Так я и сделал. С текущими делами разобрался и без пяти семь был у знакомого дома.
Что меня в Вере Шаталовой восхищало — она всегда выглядела безупречно. Никаких тапочек, халатов, лохматой головы. Всегда туфельки, платье, прическа. Теперь еще и брошка изящная, явно какая-то зарубежная. Женщина всегда на стиле.
— Прошу, — улыбнулась она, и я отметил, что настроение у нее приподнятое.
— Есть хорошие новости?
— Есть. Проходи.
Прямо победная такая интонация. Какой-то сюрприз приготовила, это точно.
Я прошел в знакомую комнату…
И увидел там знакомую молодую женщину.
Ну как — знакомую? Где-то видел. Точно! Но где⁈
То есть, конечно, видел Соколов. Все та же память, как через чуть дымчатое стекло.
Девушка смотрела на меня с веселым прищуром, как бы намекая: ну что, узнал?
Узнал. Теперь узнал.
Октябрь сорок первого. Школа диверсантов. Не все же дни и ночи напролет нам стрелять, маскироваться, изучать минно-взрывное дело и свойства ядов. Делу, конечно, время, но ведь и потехе час. Были и соревнования, и самодеятельность, и танцы — наши начальники прекрасно понимали, что молодежи нужно повеселиться. А курсанты были как ребята, так и девушки, и молодость есть молодость.
Так вот, октябрь. Концерт собственными силами. Дуэт баянистов, песни, лихая пляска под баян. Стихи. Молодой человек прочел «Во весь голос» Маяковского. Девушка — монолог Татьяны из «Евгения Онегина»…
Вот эта самая девушка сейчас и улыбалась мне.
Конечно, сильно повзрослевшая. Военные годы — считай один за два. Да еще в таком ремесле, как наше.
— Здравствуйте! — сказала она. — Немного изменились с тех пор.
— С сорок первого? — я присел к столу. — Пожалуй.
— Это и есть Ольга, — сообщила Вера. — Соседка. Артистка.