— Сделаем! Обещаю!

— И клянусь, — усмехнулся я. — Ладно, это проехали. Да, кстати: обо мне никому ни слова, ни полслова, ни вздоха. Ясно?

— Ну, что вы, Владимир Палыч! Что вы! Ни звука! Могила.

— Смотрите. Потом, если что, обижайтесь на себя.

Директор еще раз поклялся страшной клятвой, как масон, вступающий в ложу.

Я кивнул и понизил голос:

— Вы женщину за моим столиком знаете? В синем платье, красивая брюнетка.

— А! Как же. Это Вера… как же ее по фамилии… А! Шаталова. Да. Вера Шаталова. Как же! Это, знаете ли, своего рода местная этуаль. А, простите, она сама к вам подсела?

— Да. А что?

— Гм! Как бы она вас не скомпрометировала… Про нее ведь, знаете, слухи ходят, что она фаворитка неких лиц… но здесь я умолкаю, ибо не смею, так сказать, смотреть на Солнце. Понимаете? Я бы на вашем месте был осторожнее.

И он сделал сложное выражение лица.

— За совет благодарю. Напомню: о нашем разговоре и вообще знакомстве — ни одной живой душе. Не огорчайте меня.

— Будьте уверены!

И я вернулся за столик. Вера встретила меня взглядом иронически-любопытным:

— Что, решился вопрос?

Я ухмыльнулся:

— До сих пор я все свои вопросы решал. Изменять этому правилу не собираюсь.

— Однако вы долго отсутствовали.

— Пришлось подключить администрацию. Все в порядке. И знаете, что? Мне кажется, мы с вами переросли это заведение. Может, продолжим в другом месте?

— Где именно?

— На ваше усмотрение. Я здесь, можно сказать, человек новый.

Она помолчала, как бы обдумывая расклады. И согласилась:

— Хорошо. Есть место, где можно приятно провести время. Поедем?

— Охотно. Вопрос только: на чём? Такси, насколько я понял, здесь нет. Не Москва, не Ленинград.

— И даже не Киев с Харьковом.

— Вот именно. Значит, прогуляемся? Весенняя ночь и все такое…

— Не стоит. Может, это и романтично, да ноги отвалятся.

И объяснила, что местные шоферы калымят у таких заведений, как этот ресторан. Ловят клиентов. Это не очень законно, вернее, совсем незаконно, но ОРУД смотрит сквозь пальцы.

— Думаю, как раз мы такого и поймаем.

Думает она…

Это я вслух, конечно, не сказал. Сказал иное:

— Ну, если так, то отлично. Идем?

— Идем.

В гардеробе я получил свое роскошное пальто с ватными плечами и шляпу, она — кокетливую кацавейку, сшитую со вкусом, но давно. Заметно поношенную. Оделись, вышли на плохо освещенную пустынную улицу.

Впрочем, почти полная Луна помогала Горкомхозу. И еще — я вдруг обратил внимание, как потеплело за последние несколько суток. Хотя, что тут удивляться! Весна. Скоро май.

— Так, — сказал я. — Ну и где местные таксомоторы?

Вера со странной озабоченностью оглядывалась.