Встречали меня только водитель и офицер из ведомства Рыжова — старший лейтенант, извинившийся за отсутствие руководства:

— У них аврал, товарищ майор. Тренировка по режиму безопасности.

— Понимаю. Уважительная причина. Ну, поехали.

Летел я с этими посадками всю ночь, прилетел утром, а на Базу мы прибыли после полудня. На обеих линиях охраны нас проверяли тщательно, придирчиво, даже, пожалуй, с излишними строгостями. Но ладно, это не беда. В таких случаях лучше перестараться.

Рыжов за то время, что я его не видел, заметно изменился в худшую сторону. Как-то осунулся, постарел, и в повадках возникла лихорадочная суетливость, чего раньше не было.

— Здравствуйте, Владимир Палыч, здравствуйте. Как съездили? Как там наша Белокаменная? — он улыбнулся, довольный своей эрудицией.

— Стоит на месте, цветет. Как всегда, — я тоже улыбнулся. — Съездил непросто. Много было всякого. Расскажу. Но сначала мне нужна информация от вас.

По исхудавшему, но довольному лицу Рыжова я видел, что и ему не терпится поделиться чем-то новым. При этом он успел распорядиться насчет чая, что немедленно и было сделано.

Приступили к разговору.

— Трунов поработал неплохо, — доложил полковник. — Большое количество сведений проанализировал. Ну и вот итог. Промежуточный, конечно.

Выяснилось следующее.

Работая с документами проверяемых лиц, а также с информаторами, капитан выяснил интересную вещь. Дядя физика Барашкова — не по отцу, а по матери, фамилия его Решетников — в Гражданскую войну воевал за «белых». Этот факт, конечно, пятнышко в биографии, но вовсе не критичное. Гражданская война — адская неразбериха, кого и как мотало в то время, сказать страшно, и в разнообразных силах, воевавших с Красной армией, служили миллионы людей, которых никуда не денешь. Немалое число таких служивших потом достигали больших высот в СССР — писатель Леонид Леонов, академик Анатолий Александров… Так что «белый» дядя — невелика беда.

Суть в другом.

Трунов выяснил, что дядя служил в армии Колчака. То есть, возможно, где-то здесь, неподалеку. Кто бы, это совсем хлипенькая ниточка, но все же он потянул, молодец. Не поленился. Доложил начальству. Сделали запрос. И получили ответ, от которого оторопели.

Прапорщик Решетников не просто служил в армии Колчака. Он сам отсюда родом. Из Кыштыма. Закончил тут школу прапорщиков, организованную военным ведомством «Верховного правителя». Повоевать успел совсем немного, потом волны моря житейского занесли его в Москву, где он пристроился в систему жилищно-коммунального хозяйства. Трубы и печки не чистил, работал каким-то небольшим клерком. Про колчаковское прошлое не вспоминал, да и ему никто этим в глаза не тыкал.