– Значит, как только получишь права, идём выбирать машину.
– Ты серьёзно? – я сдерживала улыбку, ведь знала наперёд, что Семён купит мне машину, но всё равно прикидывалась скромняшкой. Мои пальцы поглаживали его шею, и он, кажется, получал удовольствие.
– Кристинка, ты прекрасно знала, что я собираюсь купить тебе машину. Не изображай удивление.
Я прикусила губу.
– Мне просто до сих пор с трудом в это верится.
– Придётся поверить. А чтобы отметить, приглашаю в ресторан.
– О-о-о, Семён Олегович, вы так щедры! – теперь я смеялась.
– За ужином хочу обсудить с тобой один важный вопрос.
Я спрятала улыбку.
– Какой?
– Вот наступит вечер, и поговорим. А сейчас беги переодевайся и за работу.
Семён нагнулся, чтобы поцеловать меня, но в кабинет вошли без стука, и мы отпрянули друг от друга. Перфишин стоял с извиняющимся видом, растерянный и почему-то он смотрел на меня.
– Извините. Семён… Олегович, я принёс то, что ты просил. И… у меня есть к тебе… вам разговор.
– Да, конечно, Кай. Присаживайся.
Меня благополучно выпроводили. Стало вдруг дико любопытно, что за разговор у Перфишина с моим мужем. Вариантов может быть много. Личная причина: отпуск, аванс или что-то куда менее безобидное. Может быть что-то касаемо работы: смена графика, новый пациент, жалоба на сотрудника… на меня? Нет, на меня ему уже не пожаловаться.
Пожав плечами, я пошла по коридору, думая: «Ладно. Вечером, за ужином, будет что обсудить».
Паша нашёл меня в пустом кабинете, где часто доктора или хирурги проводят совещания. Я переписывала анестезиологическую карту после сложного случая. За последний месяц в наше отделение поступило семь сложных пациентов. Я находилась в постоянном стрессе из-за этого, и из-за школы по вождению. Мелочи, о которых я старалась забыть, тоже не давали покоя. Выходка матери, бывшей подруги Лены… Шок Зины и Саши был настолько сильным, что мы едва не переругались. Я дёргалась из-за Иры. Каждый раз, отдавая её в сад, оглядывалась по сторонам – а нет ли поблизости Руслана. Сейчас он находился на стадии восстановления. По словам наших врачей, он только сейчас начинает ходить. Без помощи матери, однако, не обходится. К слову, ни он, ни его мать не ищут со мной встреч. Их молчание настораживало. Я не думала, что они из тех, кто молча уходит в тень.
Впрочем, сегодня упал один из грузов с души.
– Ну? Сдала? – спросил Паша, сверкая улыбкой. – Уверен, что ты справилась и ничего не забыла. Угадал?
Я отложила ручку и посмотрела на Пашку.
– Да! Я получу права. Ура! Знаешь, как приятно получать хорошие новости после ряда пережитых неприятностей.