– Мне бы твой позитив, – вздохнула Сашка.
В этот день, когда я зашла домой, чтобы переодеться, меня встретил Миша. Вид у него был слегка изнурённый, но лицо светилось счастьем. Рубашка торчала из брюк, и волосы мокрые от пота.
– О! А вот и мама пришла! – с широкой улыбкой воскликнул Миша и вдруг обнял меня.
Почувствовав запах пота, я чуть отстранилась.
– Что с тобой?
– Тёть Тань! Готово? – вместо ответа крикнул он, удерживая меня.
– Что вы задумали?
Тётя Таня появилась в проёме.
– Да. Впускай.
Миша закрыл мне глаза и начал подталкивать вперёд, командуя, чтобы я не вписалась в стену пузом.
– Готова? – шепнул он серьёзнее, когда мы остановились.
– Да, а что…
Миша убрал руку, и у меня перехватило дыхание. Передо мной стояла кроватка. Самая настоящая детская кроватка белого цвета. А внутри лежали игрушки, погремушки, мягкие зверята. Миша с улыбкой что-то говорил, тётя Таня подталкивала меня ближе, но я ничего не слышала. Всё внутри заклокотало теплом – таким сильным, что стало больно. Это для моей малышки. Для нас. Неужели всё по-настоящему? Я провела рукой по гладким перекладинам, услышала тихий звон погремушки, и слёзы сами покатились по щекам. Я не смогла сдержаться. В этот короткий миг я поняла: у моей доченьки есть свой домик.
И есть люди, которые ждут её вместе со мной.
***
Восьмое июня. Шёл второй час ночи.
Мне было жарко. Всего час, как я пришла с работы, но несмотря на усталость, сон никак не шёл. Я открыла окно, но воздуха не было. Принесла из холодильника лёд и стала прикладывать ко лбу и к шее.
С минуту мы с Мишей смотрели друг на друга, затем улыбнулись.
– «Папочка»?
Он пожал плечами.
– А что мне оставалось? Они не хотели меня пускать, пока я не гаркнул, что отец. Ночка была ещё та! Такого адреналина я не испытывал даже на кухне, когда сковорода чуть не вылетела в лицо.
– О, – я хихикнула, – не знала этой части твоей жизни.
– Лучше тебе её и не знать. Я же неуклюжий… – он помолчал. – Не давай мне в руки ребёнка, а то уроню.
– Не уронишь. Твоя тётя говорила, что никто не сможет уронить младенца, несмотря на то, что это в первый раз.
– Кстати, тётя Таня приехала. Ждёт за дверью. С фруктами.
– Как… но она же…
– Я позвонил ей, когда мне сказали, что тебя резать будут.
Не удержавшись, расхохоталась, но тут же ойкнула. Швы уже давали о себе знать, так как проходило действие обезболивающего.
Медсестра принесла ребёнка. Вернее сказать, привезла в прозрачной кроватке. Я тут же уставилась на неё. Моя Иришка сладко спала, сжав свои кулачки в царапках. Я смотрела на неё, как заворожённая.