– Вот тут всё сложно. У меня нет опыта, ведь я никогда не работала. Я уже перебирала многие варианты. В большинстве случаев работать надо с утра до вечера. Медсестрой я работать пока не могу, надо до третьего курса дотянуть, чтобы подрабатывать в больнице. Вечерняя или ночная работа лишь в кафе и барах. А я официанткой не работала, вот и не берут.
– Я сразу почувствовал, что у тебя проблемы, – сказал Миша, а сам наверняка вспоминал: «Она была очень голодная».
– Я не люблю просить, но в такой ситуации придётся унижаться. Может, через твоих знакомых удастся найти что-нибудь. Я научусь… я… – голос предательски дрогнул. – Просто поспрашивай. Ну а вдруг…
Освещение во дворе было слабым, лицо Миши наполовину скрывала тень, и я не могла точно определить, что оно выражает. То, что он внимательно меня слушал и не перебивал, давало надежду. Но с другой стороны, зачем ему мои проблемы? В школе мы не были друзьями, общались только если того требовала обстановка.
Чувство стыда снова напомнило о себе. Сколько помню, я всегда для всех была дочерью актрисы театра, богатой и разбалованной (хотя последнее сильно преувеличено), и как низко я упала…
– Ладно, – наконец сказал Миша, – есть у меня мысль. Поговорю с отцом. Если получится, то номер твой у меня в контактах.
– Спасибо! – подпрыгнула от радости, хотя радоваться ещё было нечему.
В этот вечер я села за книги с приподнятым настроением. Надежда появилась, оставалось молиться, чтобы всё получилось.
***
Пришло время рассказать подругам, в какое дерьмо я влипла. Затягивать было нельзя. Если будет поздно, подруги меня не простят. Впрочем, всё само собой случилось.
Во-первых, я сильно похудела, перестала за собой ухаживать. Расставание с Русланом тоже их наводило на подозрение. И потом, я перестала ходить домой привычной дорогой. Лена первая заметила, что я иду через дорогу и ныряю в переулок старых пятиэтажек. На следующий день после этого – а это была пятница – девочки обступили меня со всех сторон и с угрюмыми лицами ждали моего ответа на вопрос:
– Ты ничего не хочешь нам рассказать?
Опустив плечи, я осторожно кивнула.
По чистой случайности девочки повели меня в кафе, где я встретила Мишу. Я попятилась. Прошло три дня, а от Миши ни словечка. Стало стыдно и неловко. Но девочки заставили зайти внутрь. Я сразу же ринулась к самому дальнему столику. Миши в кафе не было, что дало шанс расслабиться, но он мог появиться в любую минуту.
Я отказалась делать заказ (денег не было), но Зина добрая душа спрашивать меня не стала и заказала блинчики в шоколаде. Впрочем, она вызвалась всех угостить.