Я решил устроить подчиненному небольшой экзамен. Посмотреть, как он справится с задачей — разместить арестованных по камерам.

— … В идеале, конечно, каждого надо сунуть в одиночку. И под строжайший надзор. Но одиночка, сам понимаешь — для нас роскошь недоступная, потому подумай, как тут быть. А надзор — да, неусыпный. Надзирателям внуши, что они своей шкурой отвечают за жизнь арестантов. Был у нас тут неприятный случай — помнишь? С неким Рашпилем, уголовником.

— Конечно, помню.

— Ну так вот: повториться не должно.

— Ясно, товарищ майор!

— Действуй. А я пойду начальству доложу.

Соблюдая тонкости субординации, позвонил я не Лагунову, а Покровскому.

— Ну наконец-то! — вскричал подполковник. — Где вы?

Я объяснил.

— Как закончишь — сразу ко мне. И пойдем к руководству.

— Есть.

Конечно, я проконтролировал, как распорядился Мальцев. Все сделал толково. Я поставил в памяти еще одну зарубку. А через полчаса мы с Покровским были в кабинете Лагунова.

Заметно было, с каким нетерпением полковник ждал меня.

— Докладывайте, — сказу же сказал он.

Я кратко доложил главное о боестолкновении. Закончил словами:

— Потерь нет. Даже раненых нет.

— Как вели себя в бою?

— Без нареканий. Абсолютно. Я всеми доволен.

— Кого-то выделил бы?

Ты смотри, прямо в корень зрит товарищ полковник.

— Все молодцы, никто не трусил, за чужие спины не прятался. А выделил бы я младшего лейтенанта Мальцева. Разумный парень. Знаете, мне он напомнил Кудрявцева. По оперативности, хваткости. Конечно, у Ивана опыта побольше, но ведь это дело наживное.

— Кстати! Ты бы Кудрявцева навестил в госпитале. Твой воспитанник как-никак.

— Обязательно! Завтра же. Ну, на днях. У меня ведь, товарищ полковник, ни минуты свободной не было с тех пор, как вернулся. И завтра еще рапорт писать о войсковой операции.

Я, разумеется, умолчал о том, что и к Марии я еще ни разу не заглянул.

Лагунов посмотрел на меня так, как будто о чем-то догадывался… Но промолчал. Сказал иное:

— Ладно. Фактическая сторона ясна. Теперь аналитическая.

Я со скоростью молнии прогнал в мозгу доклад. Начал:

— Значит, так. Главарей банды мы поместили в наш изолятор. Разумеется, отдельно и под жесткий надзор…

На этих словах Лагунов бросил на Покровского быстрый взгляд, тот кивнул:

— Возьму под свой контроль.

Я продолжил:

— К сожалению, как я докладывал, радист погиб, всю документацию и рацию успел уничтожить. Пепел бумажный мы собрали, надо передать в экспертизу. Но, боюсь, вряд ли здесь толк будет. Далее: путем оперативно-поисковых мероприятий, установлено, что главарь этой группы по кличке Самсон проживает… извините, проживал по документам Козлачкова Ивана Григорьевича. Работал водителем грузовика. Резонно — работа предполагает мобильность и бесконтрольность. Но это, как вы понимаете, ширма. По-настоящему он Рудаков Иван. Это источник утверждал твердо, а вот насчет отчества не уверен. Тоже либо Григорьевич, либо Гаврилович. Я склоняюсь ко второму.