— Да, Барти, ты явный англичанин, который здесь что-то разыскивает… Что? — он чуть прищурился.
— Это не моя тайна, — холодно ответил я. На самом деле — моя, разумеется, но я ведь не дьявол, который, по слухам, не может соврать напрямую и должен играть словами, чтобы заставить собеседника поверить в то, что нужно ему, дьяволу. Я человек и могу врать, сколько захочу!
— Тогда ответь хотя бы… — Джозеф понизил голос до еле слышного шепота, — Это связано с…
Он чуть помялся, как будто мысленно убеждая самого себя произнести необходимые слова.
— С… экспедицией Дженкинса?
Дженкинса?
— Первый раз слышу, — не соврал я. Вот правда — понятия не имею, что это за экспедиция такая и кто такой Дженкинс.
Джозеф был удивлен. Нешуточно. То ли эта, мать ее блинную, экспедиция была ОЧЕНЬ известна в Англии, то ли он уже мысленно убедил себя, что я связан именно с этой самой экспедицией — чем бы она ни была — и теперь никак не мог поверить в то, что ошибся.
— Но… Ведь… Хотя… Да, — Фокс чуть ссутулился, — Дело это давнее, уже и забывать начали… Двадцать лет ведь прошло. Двадцать лет…
Он залпом допил свое пиво и поднялся.
— Джозеф, — тихо спросил я, — А ты сам — из Звездной Палаты?
Фокс промолчал. Промолчал так, что ответ уже не требовался.
Я посмотрел в его удаляющуюся спину и мысленно сделал пометку — выяснить, что это за экспедиция такая. Потому что у меня стойкое ощущение, что я опять вляпался в какие-то дурно пахнущие интриги, только в этот раз — английские. Вышел на международный уровень, так сказать. Надо хотя бы узнать, чего опасаться и откуда может прилететь в очередной раз.
Мимо меня промелькнул кафтан человека, шагнувшего к соседнему столику. Ага, кафтан, то есть — кто-то русский. И цвет кафтана такой знакомый, серо-зеленый…
Я украдкой взглянул. Ну да, все правильно.
Сокольник.
Царский сокол.
* * *
Сокольники, по своей сути — нечто вроде егерей на соколиной охоте. Обслуга царской потехи, так сказать. И задача их — сидеть в лесу и соколов тренировать. Но царь-батюшка потеху соколиную так любит, ну так любит, что рассылает сокольников буквально по всей Руси, чтобы те обследовали, мол, нет ли возможности где-нибудь еще соколиную потеху завести. Вот и скачут сокольники во все концы, вот и обследуют… Что царь прикажет, то и обследуют. Фактически сокольники — это царские ревизоры, око государево, его полномочные представители. И то, что они к Приказу Тайных дел приписаны, как бы намекает.
В общем — ребята, с которыми не захочешь ни враждовать, ни дружбу водить. Все равно, что с прокурором пить — вроде чувак и свойский, но и расслабляться в его присутствии как-то не хочется.